— Союз 3000… — задумчиво пробормотал Алий, рассматривая полустертые значки на обшивке. — Этот корабль назывался «Союз 3000».
— Союз? — подошёл к нему Ян. — До чего странное название для корабля.
— Возможно, они хотели, чтобы совместные действия в космосе объединили нас? — Степ уже восседал где-то вверху, на перевёрнутом днище корабля.
— А почему 3000? — Хэю тоже очень хотелось залезть как можно выше, но он не представлял, как.
— По числу попыток, — предположил я, все ещё гуляя по внутренностям космолёта.
— К слову, там впереди, — Ансвер спрыгнул со стороны носа корабля. — Валяется ещё с десяток таких махин и куча другой техники.
— Байконур! — радостно воскликнул Брэст.
— Первый полноценный космопорт? — обернулся к нему Найнен.
— Именно! Мне кажется, мы обязаны заглянуть туда!
— А разве он не южнее? — пытался я припомнить «доисходные» географические карты.
— Ну, тектонические сдвиги… — замялся учёный, и, видя наше непонимание, дал развернутый ответ. — Когда Западно-Сибирская низменность просела, Казахский мелкосопочник, вопреки ожиданиям, сместился под напором Тянь-Шаня, и, рассыпавшись почти в прах, вплотную подошёл к Уральским горам, смяв их в сторону Запада, и, к счастью, перекрыв образовавшемуся Холодному Океану Ужаса проход на юг. То море, через которое мы добирались почти три дня, собственно морем не является, это всего лишь небольшой залив. Просто из-за сильно деформированного рельефа местности мы вряд ли смогли бы пройти этот маршрут по суше. Помните покорёженные горы слева по курсу — фактически, мы обплывали отроги Южного Урала.
— Э… — всё, у меня не было слов, вот что значит — потомственный архивариус. Его этой информацией, видимо, ещё в колыбели пичкали. — Уважаю, — только и смог выдавить я.
— Мы нашли кое-что интересное! — раздался голос Расти.
— Ну не знаю, — буркнул я. — Интереснее, чем то, что я только что услышал?
Из травы прямо на нас выкатился большой
***
Ума не приложу, откуда здесь эта штука, но ей явно не двести лет!
Мы мчали средь высокой травы и осколков старой цивилизации на нашей замечательной находке.
Обнаруженный братцами воздушный мотоцикл на солнечных батареях оказался полностью рабочим и даже почти не запылённым. Думаю, бросили его не далее, чем полгода-год назад, но не знаю, оценивать это в положительном ключе или наоборот. Ведь, с одной стороны, это значит, что впереди нас ждёт как минимум равная нам по развитию цивилизация, у которой отбить лекарство будет трудновато. А с другой, мне пришлось лишь немного почистить вентиляторы от травы, да мотор от пыли и вуаля! Мы на всех парах мчим прямо к виднеющемуся на горизонте золотому шпилю!
Наша группа, кое-как распихавшаяся по лётному транспорту, сейчас дружно орала какую-то песню то ли про адский паровозик, то ли про дорогу в Ад. Ветер в ушах и крутые повороты забивали наши мозги эндорфинами, не давая толком оценить ситуацию. Заполучив такую игрушку, как
Вот только мы всё летим, летим, а шпиль почти не приближается. Каких же размеров этот город?
Внезапно перед нашим мотоциклом возникло что-то большое, вытянутое, чёрное.
Сидевший за рулём Степ резко вывернул штурвал, и мотоцикл закрутило, словно умело брошенный бумеранг. Мы чуть не посыпались во все стороны, посылая проклятья в сторону нашего водителя, когда транспорт, наконец, остановился.
— Ну, Змей, что за выкрутасы?! — как всегда, громче всех начал возмущаться Ян.
— Просто… все ведь видели? Перед нами, что-то выросло.
— Следи за дорогой, и всё нормально будет, — болезнь явно неблаготворно влияет на Расти — он начал много разговаривать.
— Но перед нами поднялась какая-то чёрная тварь, — может, зрачки у меня не вполне обычные, но вижу я прекрасно.
— Кто-нибудь ещё это видел? — спросил сидевший чуть ли не позади всех глава отряда.
Все молчали. А потом вдруг раздался тоненький писк указывающего куда-то назад Кади:
— Я-а вижу!
Метрах в пятнадцати от нас возвышалась огромная вытянутая, напоминающая человеческую, фигура. Её длинные тонкие суставчатые конечности, покрытые остатками синтетики, кистями скрывались где-то в высокой траве, крохотная голова, прицепленная, скорее, по веянию дизайнеров, чем по требованиям конструкторов, полыхнула в нашу сторону единственным «глазом». На груди механического чудища начали светиться какие-то лампочки, и открылась заслонка пыхнувшей жаром печи.
Степ быстро завёл мотоцикл, погнав куда подальше от механического монстра, но не успели мы пролететь и десяти метров, как наш транспорт зацепила крючковатая конечность другого такого же.
Мы посыпались из мотоцикла, словно перезревшие фрукты с дерева во время обвала.
Я укатился куда-то под один из старых механизмов и, провалившись вовнутрь его ушедшего под землю корпуса, сильно ударился головой.
Одиночка
***