«Учиться магии – это учиться вредить другим». Вот что первое приходит на ум обывателю, когда он слышит о магии. Что тут сказать? «Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке». Или какую другую банальность в том же роде? Например, что артист, играющий роли алкоголиков, – сам не обязательно алкоголик? Да и есть ли у мага такая радость – творить зло?
Образ 8. Вредить другим
«– Позволь мне выразиться так, – продолжал я. – Гипотетически, может ли дон Хенаро убить кого-нибудь за сотни километров от себя, поручив сделать это своему дублю?
Дон Хуан смотрел на меня. Он покачал головой и отвёл глаза в сторону.
– Ты просто набит сказками о насилии, – сказал он. – Хенаро никого не может убить просто потому, что у него больше не осталось заинтересованности в других людях. К тому времени, когда воин способен превзойти видение и сновидение и осознаёт своё свечение, в нём не остаётся подобных интересов.
Я указал на то, что в самом начале моего ученичества он заявил, что маг, управляющий своим союзником, может быть перенесён за сотни километров для того, чтобы нанести удар своему врагу.
– Да, – протянул он, – на сей раз я ответственен за твоё замешательство. Я уже говорил тебе, что с тобой я не всегда следую системе, которую предписал мне мой собственный учитель. Он был магом. Мне следовало и тебя толкнуть в тот мир. Я этого не сделал, потому что меня больше не заботят подъёмы и падения окружающих меня людей. Однако слова моего учителя запали мне в душу. И я неоднократно разговаривал с тобой так, как он сам говорил со мной. Видишь ли, Хенаро – человек знания. Самый чистый из всех. Его поступки безупречны. Он вне обычных людей и магов. Его дубль – это выражение его радости и юмора. Так что он, пожалуй, не сможет использовать его для создания или разрешения ординарных ситуаций. Насколько я знаю, дубль – это осознание нашего состояния как светящихся существ. Хенаро как дубль может делать всё, что угодно, и тем не менее он предпочитает быть ненавязчивым и мягким.
Моей ошибкой было ввести тебя в заблуждение заимствованными словами. Мой учитель был неспособен производить те эффекты, которые создаёт Хенаро. Для моего учителя, к несчастью, очень многие вещи остались, как и для тебя, только сказками о силе.
Не существует гипотетического смысла, когда ты говоришь о мире людей знания. Человек знания не может причинять вред окружающим людям. Гипотетически или как угодно ещё.
– Но что, если окружающие люди замышляют что-то против его здоровья или безопасности? Может ли он тогда использовать свой дубль для защиты?
Он неодобрительно прищёлкнул языком.
– Что за невероятное насилие в твоих мыслях? Никто ничего не может замышлять против безопасности и здоровья человека знания. Он видит, и поэтому всегда сумеет избежать подобных вещей» (К-4).
Отражение
«Возлюби ближнего своего» – это значит прежде всего: «Оставь ближнего своего в покое!» – и как раз эта деталь добродетели связана с наибольшими трудностями». (
Но ведь чёрные маги и чёрная магия существуют! Конечно, существуют, но в фантазиях неразборчивых писателей и кинематографистов, в больном воображении ещё кое-каких похожих голов.
Образ 9. Чёрные маги
«– Твоё знание слишком устрашающе. В нём нет для меня утешения. Нет гавани для приюта.
Ты опять всё путаешь. Утешение, гавань, страх – всё это настроения, которым ты научился, даже не спрашивая об их ценности. Как видно, чёрные маги уже завладели всей твоей преданностью.
– Кто такие чёрные маги?
– Окружающие нас люди являются чёрными магами. А поскольку ты с ними, то ты тоже чёрный маг. Задумайся на секунду, можешь ли ты уклониться от тропы, которую они для тебя проложили? Нет. Твои мысли и поступки навсегда зафиксированы в их терминологии. Это рабство. А вот я принёс тебе свободу. Свобода стоит дорого, но цена не невозможна. Поэтому бойся своих тюремщиков, своих учителей» (К-4).
Отражение
«Люби ближнего, но не давайся ему в обман»! Вот она вся и тут так называемая «чёрная магия»! Только став взрослыми, дети превращаются в «чёрных магов», злыдней, мелких пакостников, крупных тиранов и прочих
«По природе дети нерелигиозны, невосприимчивы к фетишам, колдовству, амулетам и ритуалам. Они по природе не творцы сказочных повествований; предоставленные самим себе, они не строят фантастических замков. В них не заложена склонность считать солнце одушевлённым и рисовать его с человеческим лицом. Их умственное развитие в этом отношении определяется не некоторой внутренней необходимостью, но формой той культуры, в которой они были воспитаны». (