— Это как раз нормально, — качнул головой министр, — цыньянок так воспитывают. И это одна из причин, почему я не хочу жену цыньянку. Женщины и так как с другой планеты, но с карнскими хотя бы договориться можно, хитрыми загадочными путями, но можно. А в империи они просто молчат, всегда, и даже если письмо напишут, там будет только то, что положено писать в таких случаях, это не будет значить совершенно ничего, кроме того, что её хорошо подготовили. Их натаскивают как собак, просто по алгоритму, «ситуация икс» — «её действия игрек», «ситуация не из тех, в которых понятно, что делать» — «не делай ничего», вся мудрость. Этот список алгоритмов им надо просто запомнить и выполнять, и если они не ошибаются, их называют хорошо воспитанными и со всех сторон правильными. С одной стороны, это понятно — когда все женщины одинаковые, то не имеет значения, какую выбрать, и поэтому выбирают семью, а не женщину. И это удобно для всех, вроде как. Теоретически. А на практике получается, что после свадьбы мужчина получает в свой дом кота в мешке, он знать не знает, что там у неё в голове под этими алгоритмами. Она ведёт себя по правилам и говорит при нём то, что должна говорить, но когда он не видит, она ведёт себя как хочет. И начинаются все эти интриги, от самой глупой ерунды до заказных убийств, и это никак не предскажешь, только шпионов иметь у неё под боком круглосуточно.
Он помолчал, сделал глоток чая и сказал с кривой улыбкой:
— Мой отец держал шпионов в свите моей матери. Изначально он сделал это для того, чтобы ему сообщали, если её кто-то будет обижать, или угрожать ей, или в её доме что-то будет ей не нравиться — он хотел, чтобы ей было комфортно. Потом эти шпионы стали ему подсказывать, что ей подарить, чтобы ей понравилось, или когда у неё... Когда она плохо себя чувствует и не хочет его видеть, например, или наоборот, хочет видеть, но не пишет ему из вредности или из гордости, или от обиды. А потом однажды она отдала приказ доверенным людям, чтобы они убили Георга 16го. Отцу доложили, он это предотвратил, но сильно обиделся, и ей сказал так не делать больше. Она поняла, что ему донесли, но не поняла, кто, и заменила вообще всех своих слуг, но он дал ей новых тоже из своих агентов, и больше их так откровенно не засвечивал. Когда он умер, у неё половина челяди уволилась в тот же день, она в шоке была, не понимала, в чём дело. Потом поняла, сильно психовала. Я давно хочу внедрить к ней своих людей, но никак не могу решиться и выбрать, кого именно, мне всех жалко.
Вера посмотрела на него удивлённо, он улыбнулся и смущённо опустил глаза, шёпотом отвечая:
— Она невыносима в быту. Бабушка сбежала из дворца Кан не в монастырь, а от моей матери, чтобы просто её не видеть и не пересекаться, они друг друга ненавидели. Но пока моя мать была ребёнком, она свой характер не знала, к чему приложить. А потом у неё появился я и мой отец, и она осознала всю безграничность своих прав и возможностей, и стала окончательно невыносима. Её требовательность вышла на такой уровень, что ей никто не мог угодить, от неё повара плакали, любые мастера и специалисты при её приближении заранее готовились получать. Мне как-то дядя рассказал, что когда бабушка была беременна моей матерью, она случайно упала, сильно, у неё было кровотечение и очень плохое самочувствие, ей все врачи говорили, что ребёнка она потеряла. А потом оказалось, что нет — моя мать выжила. Когда она родилась, а после рождения ребёнка у цыньянцев принято приглашать гадателей, которые смотрят судьбу по картам, звёздам и прочим волшебным вещам, и говорят свои соображения по поводу того, какое дать имя, какими окружать символами и в какую сторону развивать ребёнка. Про мою мать гадатель сказал, что у неё такая жажда жизни и такая жадность, что она добьётся для себя успеха, какие бы условия её не окружали.
— А когда она родилась?
— В начале лета, — он посмотрел на неё с иронией: — Вы тоже верите в гадания?
Она махнула рукой и отвела глаза:
— Просто интересно. В моём мире тоже есть такая система, но она не всегда правду говорит.
— По датам?
— Да. А у вас как определяют?