Читаем Холод полностью

Проснулся Филя в совершеннейшей темноте. Его разбудил неприятный клацающий звук, как будто за стеной играли на деревянных ложках. При этом задорные ложкари еще слегка подвывали. Он попытался отвлечься от этой гостиничной самодеятельности, усыпляя себя придуманным на такие случаи способом, но старый трюк не сработал. Филя мысленно дорисовывал звуку его причину, однако вместо привычных и убаюкивающих картин ему мерещились какие-то жестяные кролики, предающиеся энергичной и громыхающей любви. Он готов был выскочить из постели и разнести всю гостиницу в клочья, но, поймав себя мокрой рукой за трясущуюся нижнюю челюсть, мгновенно прервал ненавистный стук и подвывание. Впрочем, пытаясь нащупать на тумбочке рядом с кроватью свои часы, он уловил еще более странные звуки. Одеяло, которым он был укрыт, вовсе не зашуршало, когда он потянулся к часам, а неожиданно хлюпнуло и потом издало плещущий звук. Филя попытался опустить правую ногу с кровати, чтобы встать и включить наконец свет, но колено стукнулось обо что-то твердое. При этом хлюпанье и плескание повторились. Окончательно сбитый с толку, он замер, стараясь проснуться, затем осторожно пошарил вокруг себя руками, наткнулся на какие-то пластиковые флаконы и понял, что сидит в наполненной ванне. Вода была ледяной.

Филя некрасиво и гулко выругался, вспомнив, что действительно наполнял ванну перед тем, как завалиться в кровать. Он давно уже практиковал эту процедуру, наивно полагая, что борется с обезвоживанием организма. Спиртное сушило его плоть до состояния готовых вспыхнуть торфяников, а выпивка при перелетах на большой высоте, как он недавно узнал, обезвоживала его талантливую тушку в два раза быстрее. Непонятно было только, почему погас свет.

Филя потер мокрыми руками лицо, надеясь разглядеть что-нибудь в кромешной темноте, но дверь в ванную он сам закрыл на замок, потому что из-за неясных страхов всегда поступал так в отелях, а свет в комнате был погашен. Так что даже под дверью не светилось никакой полоски. Впрочем, какая полоска. Где сама дверь – и то было непонятно. Филю колотило уже отнюдь не мелкой дрожью.

«Хорошо, хоть не утонул», – шевельнулось у него в голове, однако мысль эта не послужила ему утешением.

Пытаясь припомнить, с какой стороны от ванны располагалась покрытая кафелем стена, он приподнялся на дрожавших руках, качнулся вправо и долбанулся головой с такой силой, что рухнул обратно в ледяную воду. Застонав от боли, холода и отчаяния, он разозлился, вскочил на ноги, тут же поскользнулся, в испуге присел, чтобы обрести равновесие, одной рукой зачем-то прикрыл скукоженное до детских размеров мужское хозяйство, другую вытянул влево и, не наткнувшись уже на препятствие, осторожно перешагнул бортик ванны. Под ногами зазвенела забытая с вечера бутылка. Резко шибануло дешевым вискарем. Филиппов замер, соображая – разбил он бутылку или нет, а потом сделал робкий шаг. Ступать он старался на кончики пальцев, чтобы не порезаться, если бутылка все же разбилась, однако ноги его дрожали так сильно, а ледяной кафель был таким скользким, что ему пришлось для надежности опускаться на всю ступню. Иначе он рисковал грохнуться на пол и убиться, например, об унитаз или об раковину, расположения которых он совсем не помнил.

Первым делом надо было найти выключатель, поэтому он прижался плечом к стене и двинулся вдоль нее, шаря рукой по кафелю где-то на уровне головы. Стена оказалась неимоверно длинной. Примерно как та нора, в которую свалилась любознательная Алиса в погоне за кроликом. Филиппов скользил вдоль стены целую вечность, пока не уперся в угол. Выключателя на ней не оказалось. Или он был, но на другой высоте. Стараясь не думать об этой возможности, Филя двинулся дальше. Ноги его совершенно заледенели. Плечо, которым он касался стены, саднило уже от какой-то царапины. В голове толкались мысли о мерзкой заразе, покрывающей гостиничный кафель, а выключатель всё никак не попадал ему под руку. Неожиданно он вспомнил о вешалке для полотенец и замер, нерешительно поджимая ноги. Конструкция состояла из трех внушительных металлических штырей, произвольно ходивших в разные стороны, и, следовательно, сейчас он мог наткнуться лицом на один из этих никелированных штыков. Представляя себя уже с выколотыми глазами, Филя слегка присел, а потом в полуприседе медленно двинулся дальше. Выключатель оказался на высоте его живота. С какой целью он был туда помещен, осталось загадкой.

Филиппов пощелкал кнопкой несколько раз, и неоновая трубка у него над головой, погудев и помигав для острастки, осветила его серое скрюченное тельце в мутноватом зеркале на соседней стене. Филя удивился, насколько маленькой на самом деле оказалась и ванная комната, и он сам, брезгливо сморщился при виде голого убожества в зеркале и перевел взгляд на опрокинутую прямоугольную бутылку, в которой еще темнел не до конца пролившийся алкоголь.

– Блин, я уже до «Ред Лэйбл» дошел, – застонал он.

Перейти на страницу:

Все книги серии Секреты русской души. Проза Андрея Геласимова

Похожие книги

Абсолютное оружие
Абсолютное оружие

 Те, кто помнит прежние времена, знают, что самой редкой книжкой в знаменитой «мировской» серии «Зарубежная фантастика» был сборник Роберта Шекли «Паломничество на Землю». За книгой охотились, платили спекулянтам немыслимые деньги, гордились обладанием ею, а неудачники, которых сборник обошел стороной, завидовали счастливцам. Одни считают, что дело в небольшом тираже, другие — что книга была изъята по цензурным причинам, но, думается, правда не в этом. Откройте издание 1966 года наугад на любой странице, и вас затянет водоворот фантазии, где весело, где ни тени скуки, где мудрость не рядится в строгую судейскую мантию, а хитрость, глупость и прочие житейские сорняки всегда остаются с носом. В этом весь Шекли — мудрый, светлый, веселый мастер, который и рассмешит, и подскажет самый простой ответ на любой из самых трудных вопросов, которые задает нам жизнь.

Александр Алексеевич Зиборов , Гарри Гаррисон , Илья Деревянко , Юрий Валерьевич Ершов , Юрий Ершов

Фантастика / Боевик / Детективы / Самиздат, сетевая литература / Социально-психологическая фантастика