Читаем Хороший тон. Разговоры запросто, записанные Ириной Кленской полностью

Сегодня мы много говорим о правах и часто забываем очень важное понятие: права культуры нужно защищать, как знамя, и оберегать. Права культуры могут не совпадать с правами человека. Культура – это то, что нельзя отнять, и то, что не можем потерять. То, что мы называем странным, непонятным словом «духовность», на самом деле переводится как «культура». Она – признак нашей цивилизации, наше наследие, наше прошлое и будущее, то, что отличает человека от животного. Поправка к Конституции, которую мы внесли с Александром Калягиным и Денисом Мацуевым, звучит очень кратко, но, на мой взгляд, важно: государство обязано защищать культуру, поддерживать и охранять. У государства есть несколько основных обязанностей: безопасность и благополучие своих граждан, своей страны, и я считаю – необходимость обеспечить безопасность культуры, которая сама по себе – ценность.

Есть два великих человека, которые составили документы, провозглашающие права культуры. Николай Рерих и его знаменитый Пакт – первый международный договор о защите исторических памятников как в мирное время, так и во время вооружённых конфликтов, подписанный в Вашингтоне в 1935 году. В этом документе воплощено несколько важнейших идей. Главная – идея о приоритете культуры в жизни человека и общества. «Культура, – утверждает Рерих, – это этическое и духовное самоусовершенствование человека. Это творческие достижения, это претворение красоты в жизнь, это любовь к человеку, это труд на общее благо. Культура – смысл жизни, это весь комплекс пространства познания, творчества и красоты, которое делает человека человеком». Очень важна статья Пакта о неприкосновенности памятников, музеев, объектов культуры, библиотек, кладбищ, храмов, мечетей. Уважение, защита и покровительство распространяются на них как в мирное время, так и во время войны. Эмблема Пакта – Знамя Мира: три красных круга в большом круге вечности. «Культура, – писал Николай Рерих, – есть глубочайший устой жизни, скреплённый высшими серебряными нитями с иерархией эволюции, энергетическое явление человеческого духа. Культура – бессмертна, она – пространство бессмертного человеческого духа».

1 сентября 1995 года в Санкт-Петербургском гуманитарном университете Дмитрий Сергеевич Лихачёв представил проект Декларации прав культуры – важнейший документ современности. В нём говорится о том, что именно культура представляет главный смысл и глобальную ценность существования народов и государств. В Декларации впервые вводится понятие гуманитарной культуры – то есть культуры, ориентированной на развитие созидательного начала в человеке и в обществе. И государства должны стать гарантами безопасности и сохранности культуры. «Культура – это то, что оправдывает перед Богом существование людей, – говорил Лихачёв. – Любое общество обречено на гибель, если разрушается его культура». К сожалению, люди не очень прислушиваются к мудрецам и не слышат предостережений.

Говорят, субъект права – человек, и только человек. К счастью, есть природа, которая добилась своих прав. Серия чудовищных экологических катастроф заставила человечество задуматься: нельзя безжалостно, бездумно распоряжаться природой, непозволительно мучить её, загрязнять, уничтожать. Культура тоже подвержена катастрофам, не менее страшным, чем природные. Без культуры люди звереют, беспамятство порождает чудовищные кровавые конфликты, искажаются чувства человеческие. Уничтожение памятников – потеря памяти, чувства достоинства, потеря идейных тормозов, и человек превращается в существо убогое и злобное. Культурный геноцид – серьёзная угроза человечеству. Я написал статью «Дербентский призыв» о необходимости объединить усилия для непрерывного наблюдения за состоянием памятников культуры и не только (на Ближнем Востоке и на Кавказе). Культура – не вне политики, она выше политики. Культуру надо защищать не из жалости и сострадания, а потому, что она – надежда на наше спасение. Каждый день мы должны говорить о том, что памятники культуры необходимо беречь и защищать. Забота о них должна стать вирусом, пандемией, новым штаммом, мутацией в агрессивном человеческом ДНК. Нужно спасать памятники, чтобы они спасли и защитили нас, людей. Информационное пространство сегодня огромно, но оно замусорено, забито хламом. Нужно исправить ситуацию и постепенно наполнять пространство событиями и фактами, историями, помогающими культуре, – всё время напоминать о сокровищах, которыми владеет человечество, и тревоге за них. Надо находить «болевые точки» угрозы памятникам и бить тревогу: писать, говорить, возмущаться, напоминать. Нужно поставить культурный заслон перед этническими и расовыми боями, нужно остановить «войны памяти». Кто лучше, кто хуже – вредные разговоры. Культурное наследие – общее и принадлежит всему человечеству, а человечество должно беречь его.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Александр Абдулов. Необыкновенное чудо
Александр Абдулов. Необыкновенное чудо

Александр Абдулов – романтик, красавец, любимец миллионов женщин. Его трогательные роли в мелодрамах будоражили сердца. По нему вздыхали поклонницы, им любовались, как шедевром природы. Он остался в памяти благодарных зрителей как чуткий, нежный, влюбчивый юноша, способный, между тем к сильным и смелым поступкам.Его первая жена – первая советская красавица, нежная и милая «Констанция», Ирина Алферова. Звездная пара была едва ли не эталоном человеческой красоты и гармонии. А между тем Абдулов с блеском сыграл и множество драматических ролей, и за кулисами жизнь его была насыщена горькими драмами, разлуками и изменами. Он вынес все и до последнего дня остался верен своему имиджу, остался неподражаемо красивым, овеянным ореолом светлой и немного наивной романтики…

Сергей Александрович Соловьёв

Биографии и Мемуары / Публицистика / Кино / Театр / Прочее / Документальное