– С тех пор мне и приходится постоянно пользоваться иллюзиями, – продолжала тем временем Нерена, – Через какое-то время меня подобрали такие же изгои, как и я. Казалось бы, мои злоключения на этом кончились, но они только начинались.
Меня выходили, заботились обо мне. Плата за услуги была обычной, думаю, ты уже поняла. Но самое страшное было не в этом, самое ужасное заключалось в том, что с острова невозможно было выбраться. На него наложили сильнейшее заклятие, уж не знаю, за какие грехи. Это был ад для отверженных душ.
Мне повезло, рано или поздно, но я натолкнулась на башню, в которой обитал некоронованный повелитель острова. Он продолжил мое обучение. Благодаря нему, меня избавили от каждодневной работы в усладу мужчин, но не реже раза в месяц, в мою постель пробирался черный огромный удав со склизкой чешуей, в которого обращался мой новый наставник. Я терпела, Дриана, я очень долго терпела, но когда поняла, что он дал мне все, что знал сам, тогда я подвергла его мучительной смерти. Надеюсь, он до сих пор страдает где-нибудь в самом пекле ада. Последним его подарком был амулет судьбы, который мне потом пригодился.
Так я получила власть над здешними краями. А потом объявился мой братишка. Неведомо как, но он тоже натолкнулся на могущественного колдуна, который передал ему все свои знания. Брат всегда был большим везунчиком.
– Позволь не согласиться, – перебила ее Дриана, – Если он получил свое могущество способом, о котором думаю я, то ему можно лишь посочувствовать.
– Не буду спорить, – отступила Нерена, – Ты достаточно с ним общалась, много больше, чем я. Так вот. Он не сказал мне своего имени, оставшись призрачным Хозяином. Он был всемогущ, смеялся над моими оберегами и талисманами. Если он чего-то желал, то это тотчас покорялось ему. Больше всего меня удивляла его способность тормозить ход времени, но речь не о том. Брат снял с острова проклятие, и мы стали свободными. Более того, он сделал нас недосягаемыми без нашей на то воли для остального мира. Через какое-то время меня разыскал Дэмиен, попросил прощения, обещал сделать владычицей мира. Я клюнула на наживку, лелея в сердце мечту страшно отомстить. Но мои планы разрушила ты. Уничтожив Дэмиена, ты тем не менее, не убила во мне надежды править всей реальностью. Пришел день Креста – и я узнала о ребенке, способном погрузить мир в хаос и смерть. Какая ирония! Его матерью должна была стать ты. Мне представился редкий шанс сразить двух драконов одной стрелой: смешать тебя с грязью и добиться вершин власти. Брат с радостью согласился помочь. Остальное ты знаешь.
– Пусть так, – Дриана с вызовом взглянула в зеленые очи собеседницы, из прихоти сломавшей ей жизнь, – Но зачем тебе было убивать детей на судне, отправляющемся на материк, всех моих друзей, любимых. Что ты этим доказала?
– По-моему, это очевидно, – подняла брови Нерена, – На корабль я собрала всех детей, точнее, подростков, которых ты когда-то спасла от жертвоприношения Рину. А теперь скажи мне, чего ты сделала благого в жизни, если все твое добро можно заставить исчезнуть одним ударом молнии. И не напоминай о Горе, – перебила она атлантку, стоило той лишь открыть рот, – Если бы Дэмиен действительно серьезно угрожал реальности, то им бы занялся мой брат. И, поверь, тогда бы потери исчислялись гораздо меньшими цифрами, чем те, на которые пошла ты.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Ничего, – Нерена вскочила с кресла, – Просто я доказала миру и тебе самой, что ты – это я, только со знаком минус.
– Ладно, – сдалась без боя императрица, – Что без толку спорить. Я никогда не была безгрешной. Лучше объясни мне смысл спектакля, разыгранного на пути сюда.
– Я в детстве очень любила сказки, – Неожиданно грустно начала колдунья, – Но любимой у меня была только одна. Ее мне рассказала мать, боюсь, что не помню ее внешности. А суть в следующем. Где-то на краю бушующего океана есть маленький остров. На острове высится башня, на самой верхушке которой располагается комната. В комнате сидят люди. Сидят и ничего не делают, просто смотрят на лампу. Потухнет лампа или нет, но придет смерть, которая даст им ответы на все вопросы. Надо уметь ждать.
– Не поняла, – честно призналась атлантка, – Причем тут Леон и Эрик?