Инерция и масса тянули нас вниз, но ящерка не подвела и уже на полпути к земле "курьер" вполне уверенно держался на стене. Леди Анна не менее уверенно держалась у меня за спиной. Только прижалась покрепче. Я дал задний ход. "Курьер" сбежал вниз. К нам тотчас устремилась добрая дюжина сине-зеленых трайков.
Ладно, погоняем! Проход в стене мог быть перекрыт, поэтому я направился к заливу. Туман уже почти рассеялся. Сторожевые башни распознали во мне врага и открыли огонь, но я бросал "курьер" из стороны в сторону, сбивая им прицел и почти не теряя в скорости. Хотя мог бы и не стараться. Точность у башен оказалась просто аховая. Святые небеса, они даже одного из преследователей умудрились подстрелить!
Остальные подотстали, а на берегу я и вовсе оторвался. Тут даже рассказывать толком нечего. Если бы эти олухи заявились на гонки, они бы вылетели на первом же круге. Это если бы их вообще допустили. Не звери же в отборочном комитете сидят. Когда я добрался до позиций пограничного корпуса, никого из них даже не было видно. Как и никого из нашего корпуса.
Аэлита
Как оказалось, в пограничном корпусе сочли битву проигранной и отступили. Молодцы, что тут можно сказать!
Нет, битву с дедалийцами из-за этой гребанной бури мы действительно проиграли. Хотя и без нее один корпус вряд ли одолел бы всю сиренскую армию, но, разгромив дедалийцев, мы с опорой на Иху могли бы дать им бой.
Крепость тоже пала. По словам леди Анны, у нее не было не единого шанса против такой армии. Тем не менее, наши черепахи могли хотя бы подождать тех, кто подобно нам, сумел выбраться из крепости. Тут, между прочим, до ближайшей фермы было километров тридцать по прямой, а до Аэлиты – все шестьдесят. И до Близнецов – не ближе. И это - шестьдесят километров по марсианской пустоши под нашим августейшим солнышком, которое когда хотело – припекало, а когда хотело – зажаривало до хрустящей корочки с ядовито-зеленым отливом.
Хорошо хоть, черепахи оставляли четкий след. Мы помчались по нему и вскоре нагнали отступающую колонну.