Здесь, в столовой, Семен познакомился с Невяной Генчевой, несколько дней назад по рекомендации парторганизации ставшей его учительницей болгарского языка. Когда они оставались одни, Семен часто попадал в неловкое положение. Девушка с умным смуглым лицом заразительно смеялась после каждой неудачной его попытки найти искомое болгарское слово. Тогда он чувствовал себя мальчишкой, пойманным во время списывания классного упражнения. Уши его краснели, а глаза смотрели виновато, прося прощения. Это, видимо, трогало взыскательную учительницу, и она великодушно ему прощала.
Но вернемся чуть назад.
Находясь в Софии до весны 1920 года, Мирный оказывает неоценимую помощь ЦК партии по передаче опыта большевиков. Участвует в работе редакций «Работнически вестник» и «Ново време», где содействует верному решению некоторых дискуссионных вопросов, помогает публикации материалов, отражающих завоевания Октябрьской революции в России и раскрывающих опыт большевиков.
Например, 15 декабря 1919 года «Работнически вестник» опубликовал статью С. Мирного по поводу клеветы на русскую революцию. Подписал ее «Русский рабочий Миронов». В ней он разоблачил клевету и фальсификацию Октября.
С. Мирный участвует в переводе некоторых трудов В.И. Ленина. Присутствует на дебатах в Народном собрании, на которых критиковалась политика буржуазных и мелкобуржуазных партий.
В один из дней Антон Иванов познакомил Семена с Благоевым. Не успел Мирный переступить порог, как услышал голос Антона:
— Веду к тебе нашего русского. Ты хотел с ним познакомиться.
Дед ничего не сказал, все еще находясь под впечатлением того, о чем только что писал. С усилием поднялся со стула, чтобы пожать руку.
— Как прошел митинг? — вопрос Антону.
— Все хорошо. Обошлось без инцидентов.
Дед помолчал пару минут и обратился к Семену:
— А как вам показался митинг?
— Не предполагал, — ответил Мирный, — что среди ваших соратников есть и бывшие офицеры. У нас большинство их перешло на ту сторону — к Корнилову и Деникину. Кровь в воду не превращается, дворянин к дворянину тянется…
— А у нас, как говорится, — заметил Благоев, — все дворяне.
Потом, по просьбе Благоева, Семен Максимович рассказал об обстановке в Советской России.
Глава 7. ВЗРЫВ В «ОДЕОНЕ»
1920 г., март, София, Хасково