Иногда же снова приходили они к нему, пугая его видением, как будто пришло много народа с мотыгами и кирками, говоря: «Раскопаем пещеру эту и засыпем его здесь»; иные же говорили: «Выходи, Исакий: хотят тебя засыпать». Он же говорил им: «Если бы вы были люди, то днем пришли бы, а вы — тьма и во тьме ходите»; и когда осенял себя крестным знамением, то они исчезали. Иногда же стращали его то в образе медведя, то лютого зверя, то льва, то вползали к нему змеями, или жабами, и мышами, и всякими гадами, и ничего не могли сделать ему.
И рѣша: «О Исакые, побѣдил ны еси!» Он же отвѣщеваше: «Якоже бѣсте вы мене прелстили во обрзѣ Иисус Христовѣ и въ аггельстѣмь, недостойни суще таковаго сана, но се въистинну является въ образѣ звѣрином и скотиемь, и змиами и всякым гадомь, аци же и сами есте». И оттоле не бысть пакости ему никоеаже от бѣсовъ, якоже и самь повѣдаше, яко: «Се бысть ми, — рече, — за 3 лѣта брань».
И сказали: «О Исакий, победил ты нас!» Он же отвечал: «Когда-то вы прельстили меня, приняв образ Иисуса Христа и ангелов, но не достойны вы были такового сана, а теперь вы являетесь в своем истинном образе, зверином и скотском, и змеями, и разными гадами, какие вы и есть на самом деле». И с тех пор не было ему никакой пакости от бесов, о чем он сам и поведал, говоря: «Три года была у меня с ними эта борьба».
И потом нача крѣпчаѣ жити и въздержание имѣти, пощение и бдѣние. И тако живущу ему, и приспѣ конець житиа его. Разболѣвся в печерѣ, и несоша его в монастырь, болна суща, и тако поболѣ до осмий дьний, и непреминущим путемь къ Господу отъиде в добрѣ исповѣдании. Игумен же Иоаннъ и вся братиа, опряташа тѣло его, погребоша честно съ святыми отци в печерѣ.
Потом стал он жить в строгости и соблюдать воздержание, пост и бдение. И так жил он, и пришел конец жизни его. Разболелся он в пещере, и перенесли его, больного, в монастырь, и проболел так до восьмого дня, и путем праведным отошел к Господу в добром исповедании. Игумен же Иоанн и вся братия убрали тело его, похоронив честно со святыми отцами в пещере.
Таци бо быша мниси Феодосиева монастыря, иже сияют и по смерти, яко свѣтила, и молять Бога за вся православныа цари и князи, и за здѣ сущую братию, и за вся работающаа въ дому Божиа Матере, и за
Таковы были монахи Феодосиева монастыря, которые сияют и по смерти, как светила, и молят Бога за всех православных царей и князей, и за здесь живущую братию, и за всех работающих в доме Божьей Матери, и за мирскую братию, и за приходящих и жертвующих в монастырь, в котором и доныне добродетельной жизнью живут сообща, все вместе, в пении и молитвах, и в послушании, на славу всемогущему Богу и пречистой его Матери, соблюдаемые молитвами святых отцов Антония и Феодосия и всех преподобных отцов Печерских.Да и нас сподобить Господь молитвами их избыти от сѣти ловящаго нас диавола и обрѣстися в мѣсте отца Антониа и Феодосиа. И призовемь, братие, блаженныа тыа отца и чюдотворьца, помощникы и молитвеники тыа обрѣсти ко Господу Богу, еже не отлученномь намь быти преподобных тѣх черноризець, не отторженомь от блаженнаго и святаго того мѣста, и пренепорочныа и пречистыа Дѣвы жилища не лишеномь быти, еже сама обѣщася, но подщимся и прочаа дни своа въ покаании препроводити и угодити Богу. Буди же всѣмь намь милость получити и жизнь вѣчную о Христѣ Иисусѣ, Господѣ нашемь, ему же слава и дръжава съ Отцем.
Да сподобит и нас Господь молитвами их избежать сетей ловящего нас дьявола и оказаться в том месте, где обретаются отцы Антоний и Феодосии. И призовем, братья, блаженных тех отцов и чудотворцев быть помощниками и молитвенниками к Господу Богу, чтобы не быть нам отлученными от преподобных тех черноризцев и отторженными от блаженного и святого того места, и не лишиться того, чтобы оно оставалось жилищем пренепорочной и пречистой Девы, как она сама обещала; да будем стремиться и остальные дни жизни своей проводить в покаянии и угождении Богу. Да будет же всем нам милость получить жизнь вечную о Христе Иисусе, о Господе нашем, ему же слава и держава с Отцом.
ВЪПРОС БЛАГОВѢРНОГО КНЯЗЯ ИЗЯСЛАВА О ЛАТЫНѢХ.
ВОПРОС БЛАГОВЕРНОГО КНЯЗЯ ИЗЯСЛАВА О ЛАТИНЯНАХ. СЛОВО 37
Прииде нѣкогда благовѣрный и великий князь Изяславъ, сынъ Ярославль, внукъ Володимеровъ, къ святому отцю нашему Феодосию, игумену Печерьскому, и рече ему: «Исповѣжь ми, отче, вѣру варяжьскую, какова есть».
Пришел однажды благоверный великий князь Изяслав, сын Ярослава, внук Владимира, к святому отцу нашему Феодосию, игумену Печерскому, и сказал ему: «Разъясни мне, отче, какова суть веры варяжской?»
Преподобный же отець нашь Феодосие и рече: «Послушай, благочестивый княже, еже въспроси благородие твое нашего смирениа.