Читаем Колье Барбары полностью

— Я и не прошу у кого бы то ни было никакого снисхождения. Более того, если бы ситуация повторилась, я бы без колебаний поступила бы точно также. В конце концов, меня не интересует, понимаете вы меня или нет, но тогда у меня просто не было другого выхода. Кроме того, несмотря на то, что мой отец пристрелил прямо в блиндаже командира партизанского отряда двух этих подонков Волченковых, которые трое суток избивали меня нагайкой с шести утра и до десяти вечера, в город к тому времени уже наверняка просочилась информация, что никакая я не княжна. А это было хуже всего. Это был полный провал. В создавшейся ситуации мне больше ничего не оставалось, как заручиться поддержкой немецкого командования. Что я и сделала. Впрочем, было ещё два варианта. Первый — перейти линию фронта к своим. Я могла бы сделать это без особого труда. Перед заброской меня основательно к этому подготовили. Я занималась несколько недель непосредственно с офицером фронтовой разведки. Но после этого я не прожила бы и несколько дней. Тогда разговор был короткий… И второй — воспользовавшись документами на другое имя, которые мне успел передать перед смертью отец, попробовать затеряться среди мирного населения и попытаться пробраться в Москву.

— Хорошо, — прервала я рассказ женщины, — вы приняли единственно возможное на тот момент для себя решение и вернулись в Несвиж. При этом, зарабатывая лояльность фашистов, даже вынесли на своих хрупких плечах раненого шарфюрера СС. Я поняла. Что было дальше?

— А дальше, убедив всех в своей преданности рейху, я вынуждена была, как это не смешно сейчас звучит, снова приступить к выполнению своего задания. Ибо только в этом я видела своё спасение. Короче, как бы там ни было, я снова приступила к поискам.

— Поискам чего? — улыбнулась я.

— Вы зря иронизируете. Вы же понимаете, что у меня просто не было другого выхода. А кроме того, вам хорошо известно, чем я занималась в Несвиже.

— Конечно, известно, но мне хотелось бы услышать от вас некоторые пояснения. Например, зачем вам понадобилось повязывать старые верёвки на шеи скелетов? Ну, смелее. Вы же сами решили говорить.

— Всё дело в том, милая моя, что именно в 46-ом, 52-ом и 1968 годах военными проводились масштабные разминирования подземелий Несвижа, а я была очень заинтересована в том, чтобы после военных туда массово не полезли местные жители, обуреваемые жаждой наживы. Просто нужно было искусственно создать какую-нибудь очередную жуткую легенду, и количество желающих спуститься в подземелья сразу уменьшилось. Согласитесь, обидно бы было, если какой-нибудь местный алкаш случайно нашёл бы колье…

— Примерно так я и думала… — задумчиво сказала я и задала следующий вопрос, который волновал меня чрезвычайно. — А каким образом вам удалось угробить всю охрану госпожи Лурье?

— А это не я, — загадочно улыбнулась женщина и откинулась на спинку стула.

— А кто? — удивилась я.

— Простое зеркало.

— Зеркало?

— Ну да. Зеркало Твардовского. Слышали о таком? — Уловив мой кивок, Галина Петровна улыбнулась и продолжила. — Я обнаружила его в подземелье в 1949 году. Меня тоже очень интересовало, каким образом этому колдуну удалось вызвать дух покойной Барбары. И, внимательно исследовав сам предмет, я очень быстро, в отличие от наивного короля Сигизмунда, поняла, в чём там фокус. Но, — к сожалению, — женщина развела руками, — уникального предмета больше не существует. Начальник охраны вашей подруги, как выяснилось, очень метко стреляет. Вернее, стрелял. А весь секрет был в нескольких слоях серебра и нанесённых на них изображениях. С помощью света, падающего под разными углами, создавалось полное впечатление того, что из зеркала выходит призрак. Но довольно об этом. Что вас ещё интересует?

— И что же, вы хотите меня сейчас убедить в том, что здоровый мужик, едва завидев в темноте туннеля некий призрак, упал замертво? Что-то верится с трудом.

— Ну, предположим, без некоторой дозы сердечных гликозидов этот номер бы не прошёл. Пришлось подсуетиться и предложить напуганной до смерти госпоже Лурье безопасное убежище в известном вам санатории. Ну и заправленным кофейком напоить всю её команду. Вот сердечко у них и не выдержало. Обычная химия.

— Понятно. Теперь главный вопрос. Вам ведь известно, где находится колье?

— Увы, нет. Я думала, что это знает Базиль или ваша подруга. Но, как вы знаете, я так ничего от них и не добилась.

— Хорошо, а зачем вам понадобилось похищать в минском музее ключ? Часы вашего отца, ещё понятно, но ключ?

— Сейчас мне уже всё равно. А потому я скажу. Я продолжила поиски колье Барбары и в архиве Радзивиллов наткнулась на несколько писем, адресованных Анне Сангушко. Все они были из монастыря Бенедиктинок в Несвиже…

— Да, но Анна Сангушко, вероятно, помогала монастырю… — начала было я.

— Несомненно. Но все письма были написаны монахиней Марией. В них она просила прощения за некий плотский грех. И мне сразу пришла в голову мысль…

— Мысль о том, что эта сестра Мария и есть та самая Аннуся, любовница Кароля? Которая нашла способ умыкнуть колье накануне свадьбы Анны Сангушко и Радзивилла?

Перейти на страницу:

Похожие книги