Государство будет иметь монополию на средства производства, на организацию труда, на доходы от этого труда. Оно будет решать, как будут перераспределяться эти доходы, конечный результат труда. Этот результат труда, любого труда, — есть коллективная собственность всего народа. При коммунизме, как и при капитализме, трудящийся отчуждается как от средств производства, так и от непосредственных результатов своего труда. Однако если при капитализме работник получает лишь заработную плату, лишаясь всех прав на прибавочную ценность (стоимость), идущую в карман хозяина производства, то при коммунизме вся прибавочная ценность (стоимость) направляется государством на нужды народа. То есть: возвращается трудящемуся в виде бесплатных социальных благ. (Жильё, образование, медицина и прочее.)
Все денежные расчёты будут проходить через один, единственный, государственный банк. Денежная единица государства будет свободна от любой привязки к любой иностранной денежной единице. А также, что не менее важно, свободна от привязки к любым материальным ценностям, как-то: золото, драгоценные металлы и камни, нефть и прочее. Обеспечение денег коммунистического государства, меры их стоимости, должно в первую очередь подразумевать не материальные ценности, но безусловные обязательства государства. Эти деньги не должны быть «особым видом товара», но только мерой стоимости, мерой труда. Утопично и неоправданно утверждение, что при коммунизме не будет денег. Деньги будут, но они будут такими, какими их сделает общество, а не наоборот.
Мерой стоимости в торговле с капиталистическими странами должны быть признанные буржуазным миром материальные ценности: золото, драгоценные металлы и камни, нефть, газ и прочее. Этой мерой не должны быть денежные единицы ни одной, ни другой стороны. Тогда как в товарообороте между коммунистическими государствами возможны и денежные расчёты в денежных единицах любой из сторон. Возможно также обоснованное применение взаимозачётов и государственных обязательств. Любая внешняя торговля должна быть экономически обоснована. Должна быть создана особая структура для защиты внешних экономических интересов. Во всех отношениях внешняя торговля должна руководствоваться абсолютным рационализмом.
Каково настоящее состояние российской экономики на сегодняшний день? Она находится в глубоком упадке. Ожидающие нас революционные события дополнительно усугубят её состояние. У нас нет сомнений в том, что строительство новой экономической системы будет проходить в очень тяжёлых условиях, в условиях резкой смены общественного строя, при отсутствии переходного периода.
Из признания этих фактов экономист сделает вывод: мы можем только «догонять» ведущие в мировой экономике страны. Однако «догонять» в представлении экономиста означает всего лишь улучшать общепринятые экономические показатели. Для нас, коммунистов, это — неверное понимание ситуации.
Простое экономическое соперничество с капиталистическими странами ничего нам не даст. Нам не следует повторять печальный в этом отношении опыт Советского Союза. Узкая целеустремлённость коммунистического государства на увеличение сугубо экономических показателей, на постоянный экономический рост — дорога в тупик. Коммунистическому государству необходим только совокупный социально-экономический рост. Этот общий рост может отвечать только интересам всего общества в целом, но не интересам отдельных его граждан, не интересам отдельных социальных групп общества.
Сбор урожая на полях или запуск нового завода, или воспитание человека коммунистического общества, обретение им высокой коммунистической морали — должны быть явлениями одного порядка, — ступенями в общем развитии государства и общества. Такого общества, в котором экономические отношения уже не будут являться той безусловной основой, которая определяет всё его существование. Общества, где зазвучит лозунг: «Всё для человека, всё во имя человека».
7
Коммунистическое общество и человек
Анархо-коммунизм, марксизм, «марксизм 20 века», — все эти учения в историческом развитии общества исчерпаемы и конечны. Коммунистическая идея — бесконечна. Ведь она содержит в себе не только внешнюю оболочку — одну из своих интерпретаций, коммунистических систем, но и внутренний стержень — величайшую человеческую мечту. Нет несокрушимых систем — есть несокрушимые идеи.
Что мы видим сквозь призму этих идей? Мы видим единое бесклассовое общество, которое стремится к отрицанию той стихийности в историческом развитии, что присуща любому другому обществу. Строительство коммунистического общества и государства — это прежде всего акт человеческой воли, а не производное злой исторической неизбежности или случайности. В процессе этого строительства человек, как таковый, перестаёт быть заложником круговорота истории, но становится субъектом исторического процесса, его полновластным творцом.