— Тогда что это? Ради Бога, Эми! — Феба начала читать ей нотацию, словно она была маленьким ребенком. — Неужели тебе мало, что здесь и так все очень сложно? Я понимаю, что в тебе говорит чувство обиды. Я знаю, что ты считаешь, будто мать с отцом тебя не понимали, что они плохо с тобой обращались, что десятков тысяч долларов, которые каждый год тратились на твое катание, было недостаточно, но разве это оправдывает твое отношение к семье?
— Мое отношение к семье? — Эми понятия не имела, о чем говорит Феба.
— Да, твое отношение к семье, то, как ты ненадолго появляешься на всех наших праздниках… зачем тогда вообще приезжать? Если тебе не важно провести с нами весь день, зачем вообще приезжать?
— Я же работаю. Именно в праздники я и работаю. Ты этого не понимаешь?
— Не важно, что я понимаю. Я только знаю, что перед тобой стоит выбор. Может, ты поступаешь правильно… вероятно, участвовать где-то в каком-то дурацком параде для тебя важнее, чем все остальное, но не притворяйся, что это не выбор.
«Дурацкий парад»… Неужели это все, что знает Феба о ее работе, обо всех добрых делах, которые она делает? Библиотеки, банки крови, Параолимпийские игры для инвалидов? Теперь разозлилась Эми.
— Никто из фигуристов моего уровня не мчится домой после каждого праздника. Конечно, иногда они уезжают, но иногда родные приезжают к ним.
— И что? — Феба, по всей видимости, нз понимала, какое это имеет отношение к теме разговора.
— Вы никогда ко мне не приезжали, не так ли?
— Ты никогда нас не приглашала.
— А вы бы приехали?
— Откуда я знаю? Такого вопроса никогда не возникало.
Феба, казалось, не сомневалась, что Эми никогда не приглашала их. Но это и не важно. Приглашала не приглашала, какая разница? Они бы не приехали. Эми это точно знала.
— Ты появилась здесь этим летом и даже не сказала, на сколько останешься, — продолжала Феба. — И как мы должны были составлять наши планы? И что это значит? Если мы все будем вести себя хорошо и обращаться с тобой, как с принцессой, ты останешься еще на денек?
— Нет, это значит совсем не то. Я не хочу, чтобы со мной обращались как с принцессой. Это имеет отношение к творчеству, придет мне в голову новая идея или нет, пока я здесь…
Феба махнула рукой, отметая это объяснение.
Разумеется, она его не приняла. Для Фебы карьера Эми состояла из блесток и макияжа, ну может, еще из тренажеров и техники. Но творчество, вдохновение… Нет-нет, для описания того, чем занимается Эми, нельзя использовать эти слова. Эми была красивой, а красивые не могут сделать ничего значительного, ничего трудного… потому что им не дадут умные.
— Ты не знаешь, о чем говоришь.
Фебе это не понравилось.
— А когда умерла мама? Почему ты не приехала, когда умирала мама? Об этом говорить тоже не надо?
Эми знала, что все полтора года Феба держит этот меч над ее головой. Тебя не было рядом с мамой, когда она умирала. Феба этого не говорила, но Эми знала, что она думает. Это была проверка — мамина смерть, и вот — Феба прошла испытание, а Эми провалила. Эми здорово провалилась… потому что экзамен проводила Феба.
— Мне не сказали. Ты же знаешь. — Эми повторяла это без конца.
— И они до сих пор у тебя работают? Ты их не уволила?
Нет, нет, не уволила. Они приняли одно неверное решение, это правда. Но разве Феба имеет хоть малейшее представление о том, как трудно найти людей, которым можно доверять? Два-три плохих совета — и твоя карьера общественного деятеля закончена. Жизнь на глазах всего света настолько уязвима.
И поэтому-то Эми не чувствовала своей вины из-за отношений с Джеком. Фебе повезло — она встретила Джайлса на первом курсе колледжа. Вероятно, она думала, что это легко, что такие мужчины, как Джайлс, встречаются на каждом шагу. А это далеко не так. Они так же редки, как хорошие советники. Может, даже еще более редки.
Но наконец-то Эми нашла своего мужчину. И она не собирается с ним расставаться, так что обсуждать тут нечего.
Надо дать это ясно понять. Они с Джеком — свершившийся факт. Семье придется принять это и жить дальше.
Она быстро заговорила:
— Я слышала, что вы с Джайлсом будете искать другое место. Почему бы не построить дом на Краю? Место там идеальное, не нужно спускаться к озеру по ступенькам, и…
— На Краю? — уставилась на нее Феба. — О чем это ты?
— Частное владение на том конце озера, с пляжем…
Феба перебила:
— Я знаю, что такое Край. Красивое место. И что ты предлагаешь — чтобы мы попытались там обосноваться, выстроили дом и надеялись, что хозяевам будет все равно?
— Нет, конечно, нет. Хозяйка — я. Край — мой.
— Что? — вытаращила глаза Феба. — Ты хозяйка Края?
Эми кивнула.
— Помнишь, когда все так беспокоились насчет того, что строители купят это место…
— Строители? О чем ты говоришь?
— Три года назад я была здесь, и все вокруг только и говорили о том, что кто-то собирается купить этот участок, чтобы устроить курорт для отдыха с охотой…
— Курорт? Зачем кому-то строить здесь курорт? Это место такое удаленное. Существует уже множество подобных. Зачем кому-то строить еще одно там, где нет никаких удобств?