Читаем Крадущиеся на глубине полностью

Все утро я учил майора пользоваться перископом. Он никак не мог понять, насколько высоко поднимается перископ, поэтому я был вынужден внимательно следить за его действиями, чтобы успеть вовремя напомнить ему о необходимости опустить перископ. Похоже, его нисколько не беспокоила возможность обнаружения перископа с берега, что могло поставить всю операцию под угрозу срыва. К тому же он не проявил особой сообразительности при идентификации береговых ориентиров. В кают-компании на столе лежал крупномасштабный аэрофотоснимок острова, тут же лежала адмиралтейская карта района. Мы с майором по очереди смотрели в перископ, после чего склонялись над планами. Мы уже выбрали возможное место высадки на юго-западном берегу острова. Здесь аэрофотосъемка показывала просвет, который оказался маленьким песчаным пляжем, за ним виднелась небольшая полянка в джунглях, от которой шла тропинка по низине между двумя холмами в сторону Сабанга. Я надеялся, что ночью мы сможем легко найти место высадки по этим двум вершинам.

После того как решение принято, его надо исполнять. В полдень мы обошли остров и приблизились к выбранному месту. Карта показывала, что в этом месте у берега достаточно большие глубины, поэтому мы рискнули приблизиться на 4 кабельтовых (800 ярдов) и через мощный перископ имели возможность разглядеть каждую деталь местности. Пляж был очень неплохим: полоска белого песка, над которой склонились высокие пальмы. А склон холма позади пляжа представлял собой большую открытую площадку, от которой по непонятной причине отступили джунгли. Мы даже увидели тропинку, теряющуюся между двумя холмами. Однако на краю пляжа стояли несколько покрытых соломой хижин, а их темнокожие обитатели шустро сновали между деревьями. Для наших целей место было слишком густонаселенным. Даже более того: справа от деревеньки в зарослях на крутом склоне холма располагалось небольшое квадратное сооружение, подозрительно напоминавшее наблюдательный пост или оборудованную огневую позицию.

Чуть раньше, на расстоянии примерно три четверти мили от этого места, мы заметили еще одну узкую полоску песчаного пляжа и теперь вернулись, чтобы осмотреть ее внимательнее. С первого взгляда этот участок неплохо подходил для наших целей. Два приметных холма находились неподалеку, а значит, у меня были ориентиры. За пляжем также имелся просвет в джунглях. Если повезет, в темноте он сможет служить ориентиром для гребцов. Я взял пеленги всех приметных береговых объектов и удалился в сторону моря, решив, что мы нашли приемлемое место для высадки агента.

* * *

Мы всплыли в 3 милях от берега, когда наступила темнота. Было решено дождаться восхода луны и только потом спускать шлюпку. Нашим рыцарям плаща и кинжала все-таки нужно было немного света, чтобы увидеть берег, найти тропинку в джунглях и не наткнуться на деревню. Луна поднималась из-за острова, поэтому не было опасности, что кто-то заметит наш силуэт на фоне земли. Я решил использовать время для подзарядки батарей. И не только потому, что к берегу придется идти на электродвигателях. Если нам "повезет" нарваться на противолодочный патруль, придется в спешке нырять и остаток ночи провести под водой. А значит, каждый полученный сейчас ампер может оказаться жизненно важным. А дизели нагонят в субмарину свежего воздуха.

Я стоял на мостике, пока "Шторм" медленно курсировал взад-вперед в трех или четырех милях от берега. Внизу шли последние приготовления к высадке. Мы не набрали полную плавучесть - лодка сидела в воде очень низко, чтобы быть как можно менее заметной, упростить спуск шлюпки и иметь возможность нырнуть при первых признаках опасности. При этом газовыхлопные трубы оказались под водой, приглушенно булькали и выбрасывали вверх маленькие фонтанчики. Пока вахтенный офицер и впередсмотрящие осматривали море, я настроил бинокль на береговую линию, стараясь отыскать место высадки. Вскоре мне показалось, что я могу различить белую полоску песка и нужный нам просвет в джунглях. Остров был темным, мрачным и, казалось, таил угрозу. Только изредка в хижинах под пальмами мелькали огоньки. Было очень тихо.

Через некоторое время небо над холмом, расположенным справа, начало светлеть. Часы показывали восемь. Вот-вот должна была взойти луна.

- Пост управления, старшего помощника к голосовой трубе!

- Старший помощник слушает, сэр.

- Номер один, скажи там, пусть готовятся. Надо открыть носовой люк и вытащить шлюпку на палубу. Проследи, чтобы люк сразу закрыли и задраили.

- Есть, сэр.

- Пост управления, прервать зарядку, отключить дизели.

Гул, издаваемый газовыхлопными трубами, постепенно стих. Поднялся слабый бриз, покрывший поверхность воды темной рябью. Это хорошо. Шлюпка будет менее заметна на подходе к берегу.

- Мостик! Электродвигатели готовы к пуску!

- Малый вперед!

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
100 великих героев
100 великих героев

Книга военного историка и писателя А.В. Шишова посвящена великим героям разных стран и эпох. Хронологические рамки этой популярной энциклопедии — от государств Древнего Востока и античности до начала XX века. (Героям ушедшего столетия можно посвятить отдельный том, и даже не один.) Слово "герой" пришло в наше миропонимание из Древней Греции. Первоначально эллины называли героями легендарных вождей, обитавших на вершине горы Олимп. Позднее этим словом стали называть прославленных в битвах, походах и войнах военачальников и рядовых воинов. Безусловно, всех героев роднит беспримерная доблесть, великая самоотверженность во имя высокой цели, исключительная смелость. Только это позволяет под символом "героизма" поставить воедино Илью Муромца и Александра Македонского, Аттилу и Милоша Обилича, Александра Невского и Жана Ланна, Лакшми-Баи и Христиана Девета, Яна Жижку и Спартака…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука