Хотя Испания одерживала впечатляющие победы над одними противниками (ацтеками и инками), она могла терпеть поражения от других (османских турок в Средиземноморье). Ключевое отличие раннего Нового времени от эпохи современных мировых держав – в масштабе. Достижения Испании и связанные с ними амбиции были глобальны, впрочем, и само понятие глобальности с тех пор изменилось. Испанская империя, особенно после 1580 года, когда Филипп II получил португальский престол, имела беспрецедентный вес среди крупных мировых держав и прекрасно осознавала свое положение. Сопряженное с важными экономическими преимуществами, оно давало ей возможность вмешиваться в политику других стран и пользоваться уникальной для того времени степенью влияния. Несмотря на то что контекст тогда был совершенно иным, Испанию той эпохи можно рассматривать как прообраз Британии в XIX веке и современных США. Ни Китай раннего Нового времени, ни империя Великих Моголов в Индии не имели подобного потенциала и амбиций.
Кроме вмешательства в региональную политику, Испания имела возможность проводить широкомасштабные операции. Целесообразность таких действий, впрочем, была невелика, если учесть уровень развития технологий (особенно в области передачи сообщений и переброски войск) и доступных ресурсов. Многие смелые идеи были обречены. Например, предложения о войне против Китая – это был плод фантазии испанских офицеров, которым уже довелось побывать на Дальнем Востоке, – сразу отверг и Филипп II, и правительство в Мадриде, столице Испании с 1561 года. Испанское присутствие на Филиппинах, установленное с 1565 года, было слабым и, по меркам современного государства, ограниченным. Нет совершенно никаких оснований полагать, что в обычных обстоятельствах Испании удалось бы покорить империю инков в 1530-х годах, не говоря уже о гораздо более могущественной Китайской империи. В случае с инками важнейшим фактором победы испанцев стали опустошительные междоусобные войны между местным населением – то же самое помогло маньчжурам свергнуть династию Мин в Китае в 1640-х годах. Разгромить ацтеков в 1519–1521 годах испанцам также удалось благодаря разобщенности коренных народов, не сумевших сплотиться против общего врага. Впрочем, испанские авторы никогда не придавали этим факторам много значения, предпочитая выдвигать на первый план превосходство культурных ценностей и помощь провидения. И то, что значение лошади в процессе завоевания было так переоценено, объясняется тем, что кавалерия издавна ассоциировалась с благородством и высоким социальным статусом.
Среди крупных мировых держав только западноевропейские государства, в особенности Португалия и Испания, имели потенциал действовать в обоих полушариях. Хотя Османская империя пыталась распространить свою власть и добиться господства в Индийском океане, это не шло ни в какое сравнение с последовательной работой, которую развернула Испания, чтобы закрепиться на удаленных территориях. Более того, единожды потерпев неудачу в Индийском океане, османы бросили свои попытки. Поэтому Испания в конечном итоге превратилась в трансокеанскую державу, в то время как Османская империя так и осталась, по сути, транссредиземноморской державой. Разница между этими двумя империями заключалась в том, что одна из них опиралась преимущественно на драгоценные металлы, а другая – на землю и торговлю.
Внутренняя политика
Имперские успехи помогали знати не сидеть без дела и давали возможность занимать правительственные должности. Изабелла принесла с собой стабильность. Но конечно, порой между королевской властью и знатью возникали противоречия, особенно когда монархи стремились расширить свои полномочия. Аристократов смещали с занимаемых позиций и лишали права местного управления, как это произошло, например, когда Изабелла отобрала Кадис (1492) и Картахену (1503) у их знатных владельцев или когда она приказала убрать крепостные башни с домов знати в Касересе. Главное положение в Испании занимала Кастилия, где в 1500 году проживало 5,5 миллиона человек – около 80 % населения страны.