Я быстро собрала самое необходимое, оставила записку хозяевам квартиры и вышла вслед за баньши, с огромным удовольствием захлопнув за собой дверь. Я прожила тут почти два года, но домом для меня эта квартира так и не стала. Хотя она и была-то всего лишь временным пристанищем…
С Блади мы проболтали до глубокой ночи. И мне давным-давно не было так хорошо, так легко!..
В итоге утром встала я с трудом и поплелась на работу. Как же хорошо баньши, у нее отпуск! Ну а мне до отпуска оставались еще эти самые две недели, и, увидев госпожу куратора, я поняла, что легкими рабочие дни не будут.
– Ой, – от неожиданности я не нашла ничего лучшего, как выпалить: – А где Стэн?!
Еще и за спину госпоже Громовой заглянула, как будто и вправду ожидала найти там секретаря, которому вздумалось поиграть в прятки.
– Стэнли взял несколько дней выходных, – сообщила госпожа Громова сухо. – Так что вам, Алевтина, предстоит работать за двоих.
Прозвучало это угрожающе. Я сглотнула, с тоской думая, что вряд ли сумею выспаться этой ночью.
– Конечно, госпожа Громова!
И мышкой прошмыгнула мимо.
Прерваться на чай удалось только ближе к вечеру. Бесконечные иски, заметки, проекты и речи…
И то, если честно, перерыв у меня получился только потому, что госпожа Громова отправилась в суд. Ну а я осталась дежурить в офисе, раз уж Стэн куда-то сбежал.
От еды меня окончательно разморило, и я клевала носом над последним бутербродом, когда надсадно заверещал дверной звонок.
Пришлось, ругаясь себе под нос, идти открывать. Звонок надрывался так, словно под пятками у визитера изрядно припекало. Хотя в этом мире и не такое может быть!
На пороге офиса топталась настолько странная компания, что захотелось протереть глаза. Двое расфранченных мужчин и четыре женщины в пышных нарядах кольцом окружали юную девушку. Они держались как-то так, что сразу становилось ясно, что именно девушка главная в этой странной компании.
– Здравствуйте, – произнесла я вежливо, когда ко мне вернулся дар речи. – Что вы хотели?
– Ах, ты! – взвился один из мужчин и шагнул вперед, картинно положив руку на эфес шпаги. – Да ты знаешь, с кем говоришь?!
Я с трудом удержалась, чтобы не попятиться. Он что, психованный?! Ах, как мне не хватало Стэна! Он умел любого поставить на место, притом даже без ругани или грубой силы.
– Не знаю, – возразила я, изо всех сил пытаясь вести себя спокойно. – Но если вы представитесь и назовете цель визита…
Ой, кажется, я даже говорю фразами Стэна!
– Грубиянка! Хамье невоспитанное! – все никак не мог угомониться вельможа, но даже мне было ясно, что петушится он напоказ.
По губам девушки скользнула улыбка.
– Маркиза Луатэ, представьте меня! – велела девушка царственно.
И ее голос отчего-то показался мне смутно знакомым.
– Вас почтила визитом ее светлость княжна Лейстрийская, с малой свитой.
– Ой, – сказала я, оторопело хлопая глазами, и вцепилась в дверную ручку. – Очень приятно, ваше… ваше высочество!
– Мы можем
– Да, конечно! – совсем растерялась я. – Но госпожи Громовой сейчас нет!
– Госпожа Громова? – переспросила княжна с презрительной усмешкой. – Какое нелепое, грубое имя!
Я прикусила язык, чтобы не ответить резкостью. Надо же, пришла и с порога критикует хозяйку дома! Причем не по делу, а просто из-за имени!
Она смотрела на меня насмешливо, явно ожидая взрыва негодования.
– Тогда мы подождем! – сообщила ее светлость так, словно именно это было моей самой сладкой мечтой.
Но грубить посетителям нельзя.
– Да, конечно, проходите! – Я гостеприимно распахнула дверь и проводила всю компанию в приемную.
Княжна скривила губки. Поправила светлые кудри, сверкнули многочисленные драгоценности в ушах и на пальцах.
– У вас тут очень мило! – заметила она снисходительно. – Довольно убого, но чистенько.
Дамы услужливо захихикали.
– Принести вам чая? – предложила я, с трудом сдерживаясь.
– Неси! – отмахнулась она.
Я поскорее ретировалась на кухню и принялась заваривать чай.
Ужасно хотелось сделать какую-нибудь гадость, но я никак не могла придумать, какую именно.
Какая же мерзкая компания! Такие встречались и в моем мире, даже в нашей группе учились. Хотя учились – это очень громко сказано. Утром – парикмахер, визажист и стилист, потом прогулка по бутикам, а к обеду, так и быть, можно в институт наведаться. А можно и не наведаться.
Вокруг таких всегда крутились подлизы и прихлебатели – шакалы, подбирающие куски после более удачливых хищников.
Фу, противно даже смотреть. Стая!
Я поставила на поднос все необходимое для чая и осторожно понесла в приемную.
С трудом открыла дверь (никто и не подумал мне помочь!) и чуть не уронила посуду.
– Что вы делаете?! – возмутилась я, увидев, что тот самый задиристый дворянчик бесцеремонно роется в столе секретаря.
Он ничуть не смутился.
– А что, нельзя? – нагло усмехнулся он, не прекращая своего занятия. Даже напротив, выдвинул внутренний ящик и вывалил на стул его содержимое. Со звоном покатились ручки, запонки, еще какая-то мелочевка.
Одергивать нахала никто и не думал.