Читаем Крылья. полностью

– Зачем?.. Ты была с Ковалёвым. С ним безопасно. И я не хотел тебе надоедать. Просто стало уже темно, и я беспокоился о том, как ты одна будешь возвращаться домой…

Она вздохнула и тоже прислонилась плечом к косяку. Наверно, лучше не надо говорить ему о том, что Денис её проводил.

– Не передумала? Может, всё-таки завтра придёшь на матч?

Саша отрицательно качнула головой:

– Нет, не хочу никому из вас мешать…

Он протянул руку к её голове, выпутал из волос крошечный жёлтый листочек и протянул:

– Держи…

Саша прикоснулась прохладными пальцами к его тёплой руке и опустила глаза.

«Энергия» выиграла сегодня. Её капитан сумел взять эмоции под контроль и показать сопернику, кто в доме хозяин. Он забил две красивые шайбы, и вторая из них поставила в матче победную точку.

– Пока, – Платов развернулся и, сверкая голыми лопатками, стал удаляться к двери своей квартиры. – Если всё-таки передумаешь, развозка завтра в десять…

Саша кивнула, подождала, пока он скроется из вида, и прикрыла дверь. Взяла с комода листья и увидела маму, которая наблюдала за ними из проёма кухонной двери.

– Что? – непонятливо сдвинула брови.

Мама как будто невзначай пожала плечом и повернулась к засвистевшему чайнику:

– Просто… он третий раз уже заглядывает…


***


День был погожий и тёплый. По ветру развевались тонкие полупрозрачные паутинки, а сквозь просветы в жёлтых кронах деревьев виднелось яркое голубое небо. Таким ярким, как в сентябре, оно никогда не бывает даже летом.

Саша прищурилась от удовольствия и, приметив пустую скамейку в сквере неподалёку от ледового дворца, поспешила на ней устроиться. Откинулась на спинку и положила рюкзак рядом с собой.

После вечернего чая в маминой компании она нашла в себе немного сил, чтобы искупаться, а потом сразу легла спать. От усталости уснула почти мгновенно и всю ночь проспала, словно младенец. А утром поднялась ни свет ни заря и как ни пыталась гнать от себя подальше мысли об игре «Энергии» с «Красными волками», так у неё и не получилось с ними справиться. И она не смогла усидеть на месте, собралась впопыхах и всё-таки приехала на стадион к началу игры. Обошла большое сооружение по периметру двора несколько раз – сначала в одну сторону, потом в другую. Но пока мальчишки там играют, не решилась нарушить своё обещание и заступить хотя бы на одну ступеньку крыльца. А потом покинула территорию и решила подождать результатов в сквере.

В который раз взглянув на экран смартфона, Саша отметила, что не прошла даже и первая половина игры. Она вздохнула и подобрала под себя ноги, обняв колени и прижавшись к ним щекой.

Интересно, как они там?..

Где-то внутри, в животе, напряжённо дрожала какая-то невидимая пружинка. На неё как будто слегка надавили, и, если её отпустить, она поведёт себя непредсказуемо и может отскочить в любую сторону.

Саша не понимала, откуда эта пружинка взялась. А возможно, она всегда существовала, просто раньше на неё никто не нажимал?..

Девочка, конечно, уговаривала себя и убеждала, что не может и даже не имеет права болеть за кого-то одного из ребят в этом матче. Но это был самообман.

Она всегда абсолютно точно знала, кого из них не хочет видеть проигравшим.

Телефон громко звякнул, и она вздрогнула. Сообщение с неизвестного номера.

«Девяносто первый! Я знаю, что ты где-то рядом тут. Приходи смотреть игру, я запасной сегодня», – в конце сообщения улыбался краснощёкий смайл.

Саша растянула рот в улыбке. Так её называл только один человек в мире. И если он сидит в запасе, то у него нет с собой телефона. И, значит, он умудрился найти чужой.

И помнит наизусть её номер…

«Почему?» – написала она вопрос.

Денис ответил спустя минуту:

«Мой дублёр устроил революцию. Тренер сдался. Я тоже не возражал».

Она хихикнула и, подцепив рюкзак за лямку, соскочила со скамейки и побежала, печатая на ходу:

«Передай Ромке тоже, что я иду!»

В ответ мгновенно прилетело:

«Уже!»

Саша закинула телефон в рюкзак, который тут же повесила на плечо, и снова устремилась во двор ледового дворца. Сквер находился позади него, и, не желая терять времени, она ловко перемахнула через забор и побежала к ближайшему служебному входу. Он оказался запертым, и, выругавшись, девочка поспешила к другой двери. Но и она не открывалась. Так что пришлось ей сломя голову лететь к центральному входу.

Стадион непривычно шумел – на юниорских матчах такое бывает редко, а в просторном фойе было пусто.

– Что-то ты опаздываешь сегодня, – не здороваясь, встретила её хитроватая уборщица со шваброй.

Не отвечая, на всех парах девочка успела перепрыгнуть через ведро, едва не перевернув его, и полетела дальше. Кроссовки опасно скользили по мокрой плитке, и она едва не впечаталась в косяк.

– Осторожно! – донёсся из-за спины басовитый голос охранника.

– Ааа, эти Анисимовы все такие торопыги! – хмыкнула на его замечание гардеробщица.

Саша по инерции развернулась вокруг своей оси и через секунду оказалась в широком коридоре, конец которого упирался прямо в открытый борт площадки.

Открытый?

По времени перерыв давным-давно уже закончился и сейчас в разгаре второй период. Что-то случилось?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза