Читаем Кукольный город полностью

Огромная кукла. С трех часов ночи идет бой, и не привели ни одного раненого.

Мастер. Крысы не ждали такого отпора, дорогая. Ну, крысы! Напали на кукольный город! Ох, крысы, увидите вы сегодня, что такое игрушки.

Огромная кукла. Все это хорошо, но где же раненые? Я чуть не плачу от жалости, а жалеть некого.

Мастер. Погоди, кто-то бежит.

Вбегают гуськом, переваливаясь, целлулоидные гуси.

Гуси. Мы прогнали его-го-го-го-го.

Мастер. Кого?

Гуси. Врага-га-га-га.

Мастер. Крысы отступают?

Гуси. Удирают, бего-го-го-гом.

Мастер. Отлично.

Кубарем влетают Медвежонок и Обезьянка. Отчаянно дерутся.

В чем дело?

Медвежонок и Обезьянка продолжают драться.

Да говорите же!

Никакого ответа. Драка продолжается. Мастер разнимает дерущихся.

Медвежонок и Обезьянка(хором). Полная победа! Крысы разбежались по норам. Ур-ра!

Спускается самолет. Оттуда выскакивает Тигр в шлеме летчика.

Тигр(восторженно). Повелитель крыс удрал впереди всех. Ха-ха-ха! Я даже на самолете не мог его догнать. Победа! Победа!

Свинья(вбегает). Поздравляю, поздравляю! С праздником, с праздником!

Слышно постукивание, и выходит отряд ванек-встанек.

Ваньки-встаньки(поворачиваясь). Враг-враг не мог‑не мог сбить-сбить нас-нас с ног-с ног… Они-они ушли-ушли.

Свинья. Давайте праздновать! Давайте ликовать!

Тигр. Свинья-копилка! Я с тобой ссорился, а теперь прямо говорю – прости меня. Мастер! Она молодец. Она бросилась в самую гущу врагов. Она напала на самого Повелителя крыс. Молодец!

Свинья(скромно). Ну что там, глупости…

Слышна музыка.

Мастер. Что это? Войска идут сюда. Стойте.

Музыка замолкает.

Вы что же это? А? Командиры, ко мне!

Командиры и оловянные солдатики скачут к Мастеру.

Как же вы оставили места, на которых я вам приказал находиться?

Командиры. Враг бежал! Мы победили!

Мастер. А вы помните мой приказ: не радоваться и не успокаиваться прежде времени? Где Кошка?

Командиры. Ходит по полю, мяукает.

Мастер. Видите! Значит, крысы недалеко ушли. Она их чует. Все по местам!

Свинья. Прости меня, дорогой Мастер. Можно мне одно слово сказать?

Мастер. Говори.

Свинья. Мастер, если бы ты видел, как удирали крысы! Они до того напуганы, что раньше, чем через месяц, не опомнятся.

Голоса. Верно! Правильно!

Свинья. Сейчас сколько времени?

Мастер. Половина восьмого.

Свинья. Дай ты нам порадоваться, дай нам попировать, хотя бы до половины девятого. Только часик. Ведь первая победа у нас.

Голоса. Правильно!

Мастер. Ну, ладно. Оставьте часовых повсюду – на деревьях, на пригорках, везде, а сами отдыхайте, празднуйте.

Свинья. Дорогой Мастер! Уж праздновать, так всем. Зачем же часовых-то обижать? Все в сражении участвовали, все пусть и отдыхают.

Мастер. Нет.

Голоса. Ну, пожалуйста! Мастер! Миленький, ведь победа.

Мастер. Ни за что!

Свинья. Ну чего там! Празднуй, ребята!

Мастер пробует возразить, но его заглушают крики, шум. Гремит музыка. Игрушки располагаются у стен. Посреди площади танцуют. Пляшут русскую куклы в русских костюмах. Пляшут лезгинку куклы в костюмах горцев. Мастер, поднявшись с трудом, стоит неподвижно на часах, вглядываясь вдаль.

Свинья(на авансцене, глядит злобно на Мастера). Все смотришь! Ничего… Я тебя заставлю отвернуться. (Исчезает.)

Пляска продолжается. Вдруг из окон самого большого дома, того, где живет Огромная кукла, вырывается пламя.

(Вбегает.) Пожар! Пожар!

На несколько секунд вспыхивает паника.

Мастер. Трубы, тревогу!

Никто не слушает его.

Забыли, что я вам говорил? Все по местам! Позор! Очистить площадь! Тревога! Пусть каждый делает свое дело!

Огромная кукла(выходит). Идемте! Мой дом горит, а я ухожу на свое место, видите. (Идет, за нею все.)

Площадь пустеет. Приезжает пожарная команда.

Свинья(на авансцене). Ах, как это неприятно! Как он их обучил, организовал. Да ведь они от пожара скорее успокоились, чем…

Перейти на страницу:

Все книги серии Пьесы, киносценарии [Е. Шварц]

Похожие книги

Общежитие
Общежитие

"Хроника времён неразумного социализма" – так автор обозначил жанр двух книг "Муравейник Russia". В книгах рассказывается о жизни провинциальной России. Даже московские главы прежде всего о лимитчиках, так и не прижившихся в Москве. Общежитие, барак, движущийся железнодорожный вагон, забегаловка – не только фон, место действия, но и смыслообразующие метафоры неразумно устроенной жизни. В книгах десятки, если не сотни персонажей, и каждый имеет свой характер, своё лицо. Две части хроник – "Общежитие" и "Парус" – два смысловых центра: обывательское болото и движение жизни вопреки всему.Содержит нецензурную брань.

Владимир Макарович Шапко , Владимир Петрович Фролов , Владимир Яковлевич Зазубрин

Драматургия / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Советская классическая проза / Самиздат, сетевая литература / Роман
Театр
Театр

Тирсо де Молина принадлежит к драматургам так называемого «круга Лопе де Веги», но стоит в нем несколько особняком, предвосхищая некоторые более поздние тенденции в развитии испанской драмы, обретшие окончательную форму в творчестве П. Кальдерона. В частности, он стремится к созданию смысловой и сюжетной связи между основной и второстепенной интригой пьесы. Традиционно считается, что комедии Тирсо де Молины отличаются острым и смелым, особенно для монаха, юмором и сильными женскими образами. В разном ключе образ сильной женщины разрабатывается в пьесе «Антона Гарсия» («Antona Garcia», 1623), в комедиях «Мари-Эрнандес, галисийка» («Mari-Hernandez, la gallega», 1625) и «Благочестивая Марта» («Marta la piadosa», 1614), в библейской драме «Месть Фамари» («La venganza de Tamar», до 1614) и др.Первое русское издание собрания комедий Тирсо, в которое вошли:Осужденный за недостаток верыБлагочестивая МартаСевильский озорник, или Каменный гостьДон Хиль — Зеленые штаны

Тирсо де Молина

Драматургия / Комедия / Европейская старинная литература / Стихи и поэзия / Древние книги
Все в саду
Все в саду

Новый сборник «Все в саду» продолжает книжную серию, начатую журналом «СНОБ» в 2011 году совместно с издательством АСТ и «Редакцией Елены Шубиной». Сад как интимный портрет своих хозяев. Сад как попытка обрести рай на земле и испытать восхитительные мгновения сродни творчеству или зарождению новой жизни. Вместе с читателями мы пройдемся по историческим паркам и садам, заглянем во владения западных звезд и знаменитостей, прикоснемся к дачному быту наших соотечественников. Наконец, нам дано будет убедиться, что сад можно «считывать» еще и как сакральный текст. Ведь чеховский «Вишневый сад» – это не только главная пьеса русского театра, но еще и один из символов нашего приобщения к вечно цветущему саду мировому культуры. Как и все сборники серии, «Все в саду» щедро и красиво иллюстрированы редкими фотографиями, многие из которых публикуются впервые.

Александр Александрович Генис , Аркадий Викторович Ипполитов , Мария Константиновна Голованивская , Ольга Тобрелутс , Эдвард Олби

Драматургия / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия