Читаем Культура и мир полностью

11. «Пусть лучше храм будет выглядеть небогато…» Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II отвечает на вопросы корреспондента журнала «РФ» Николая Ефимова // Российская Федерация. – 1996. – № 8.

12. Соловьев В. Три разговора / В. Соловьев. – М.: Захаров, 2000.

13. Тишков В. А. Реквием по этносу: Исследования по социально-культурной антропологии / В. А. Тишков. – М., 2003.

14. Трубецкой Н. С. Мы и другие / Н. С. Трубецкой // Россия между Европой и Азией: Евразийский соблазн: антология. – М., 1993.

15. Фараджев К. В. Русская религиозная философия / К. В. Фараджев. – М.: Весь мир, 2002.

16. Цаллагова З. Б. Воспитание в духе межкультурного диалога и ненасилия, защита социально-экономических прав детей и молодежи на Кавказе: вклад в преодоление межэтнических конфликтов, профилактика экстремизма и строительства мира (нормативы, реальность и перспективы): междунар. семинар экспертов / З. Б. Цаллагова // Этногр. обозрение. – 2003. – № 2.

О. Л. Поляков. Путь созидания

Наше время – это время деградации культуры. Особенно это заметно в России, где фактически можно говорить об исчезновении интеллигенции – носителя культуры, – настолько малочисленной стала дееспособная часть этого социально-общественного строя, снизился уровень и утрачено его влияние. Вряд ли кто-нибудь сегодня может сказать, пройдена ли точка невозврата, после которой утерянное уже не вернуть. Но с уверенностью можно утверждать, что внутренние жизненные резервы культуры недостаточны, чтобы оставленная в «свободном плавании» она сегодня выжила. Таким же образом свободный рынок не в состоянии спасти экономику, если финансовый кризис зашел слишком далеко. В обоих случаях необходима постановка правильного диагноза и серьезное вмешательство для излечения от недуга.

Диагноз: культ высших ценностей (что есть наиболее точная передача смысла и буквы слова «культура») побежден культом денег. Стяжательство вышло из-под контроля Бога, совести, общества. И его, как никогда ранее, техническая оснащенность переводит угрозу в совершенно новое качество.

Каково же должно быть лечение? Если извлечь квинтэссенцию из всего, что нам довелось услышать, увидеть, прочесть в течение жизни, начиная от прямолинейно сформулированных заповедей до неявно выраженных установок и посылов, мы получим следующее:

Верь в Бога, он утешит, защитит и спасет, не убий, не укради, будь милосерден, твори добро, чти закон, не лги, учись, размышляй, познавай.

Работай, будь как все люди, почитай начальство, люби (или презирай!) свою страну, разрушь старое и построй новое, избери меня, дай взятку.

Ищи спонсора, продай себя дороже, добивайся успеха, уничтожай врагов, преклоняйся перед богатством, презирай слабость, обманывай, пробивайся к власти.

Будь современным, не отставай от моды, оттянись по полной, пей, кури, возьми кредит, положи на депозит, купи это, и это, и это, играй, покупай, покупай, покупай…

А часто ли мы слышим: созидай? Как часто мы встаем или ложимся спать с мыслью, а что стоящего сделано (или я сделаю) за этот день? Как часто мы говорим себе: «Нет, я не стану делать этого, ведь это – разрушение»? Часто ли мы спрашиваем себя: «А что я за свою жизнь создал?»

Созидание. Что же это такое? Это фундаментальнейший принцип, заложенный в Природу. Как следствие этого принципа, благодаря процессу созидания мы стали теми, кто мы есть. А все, что существует вокруг нас, есть результат конкуренции разрушения и созидания, все сводится к этим двум процессам. Все в этом мире состоит из разрушения и созидания. И что бы мы в этой жизни ни выбирали, какое бы решение не принимали, мы фактически решаем, на какую меру разрушения мы согласны, на какую меру созидания мы способны.

Эти процессы описываются двумя фундаментальными законами природы. Первый – все живое стремится себя продлить, увеличить количественно и повысить качественно. Или, введя своего рода единицу количества и качества жизни, этот закон можно сформулировать короче: «Все живое стремится к тому, чтобы было больше жизни». Или еще короче: «Все живое стремится к увеличению жизни».

Второй – все разрушается. Он известен как второй закон термодинамики или закон роста энтропии (являющейся мерой неупорядоченности). Выветриваются скалы, рушатся горы, гибнут деревья, умирают люди. Увы! Человек по своему недомыслию, глупости, лени, а нередко и с явным намерением разрушить к этому неизбежному разрушению добавляет новое. Происходит это во всех сферах жизни.

Человек разрушает себя алкоголем, курением, неправильным образом жизни.

Он разрушает свои отношения с людьми грубостью, невниманием, нечестностью.

Он разрушает систему, в которой существует, некомпетентностью, коррупцией, несправедливостью.

Он разрушает обманом, воровством, вандализмом, войной.

Он нарушает, предает, убивает.

Перейти на страницу:

Похожие книги

«Особый путь»: от идеологии к методу [Сборник]
«Особый путь»: от идеологии к методу [Сборник]

Представление об «особом пути» может быть отнесено к одному из «вечных» и одновременно чисто «русских» сценариев национальной идентификации. В этом сборнике мы хотели бы развеять эту иллюзию, указав на относительно недавний генезис и интеллектуальную траекторию идиомы Sonderweg. Впервые публикуемые на русском языке тексты ведущих немецких и английских историков, изучавших историю довоенной Германии в перспективе нацистской катастрофы, открывают новые возможности продуктивного использования метафоры «особого пути» — в качестве основы для современной историографической методологии. Сравнительный метод помогает идентифицировать особость и общность каждого из сопоставляемых объектов и тем самым устраняет телеологизм макронарратива. Мы предлагаем читателям целый набор исторических кейсов и теоретических полемик — от идеи спасения в средневековой Руси до «особости» в современной политической культуре, от споров вокруг нацистской катастрофы до критики историографии «особого пути» в 1980‐е годы. Рефлексия над концепцией «особости» в Германии, России, Великобритании, США, Швейцарии и Румынии позволяет по-новому определить проблематику травматического рождения модерности.

Барбара Штольберг-Рилингер , Вера Сергеевна Дубина , Виктор Маркович Живов , Михаил Брониславович Велижев , Тимур Михайлович Атнашев

Культурология