Бросив окурок в сторону, Ошпаренный с трудом выпрямился и побрел дальше. Проселочная дорога никуда и не привела: кончилась за дальним поворотом. Димон пошел лесом, с трудом переступая через стволы поваленных деревьев, налетая на пни. Иногда он падал, спотыкаясь о сухие ветки или корни деревьев, вылезшие из земли или покрытые снегом. Но снова вставал и шел дальше, понимая, что нужно успеть выбраться из этой проклятой чащи до наступления темноты. Иначе он окончательно потеряет все ориентиры, поддавшись усталости, присядет под деревом и насмерть замерзнет. Боль в боку немного отступила, ушла куда-то в самое нутро. Димон обломал толстую ветку, сделав из нее что-то вроде посоха, двинулся дальше, опираясь на него.
Так он прошел еще километра полтора. Лес впереди стал реже, деревья словно расступились перед ним. Еще через полчаса Ошпаренный вышел к придорожной насыпи, отбросив посох, взобрался на нее, побрел по асфальтовой дороге в два ряда. Он так устал, что уже не чувствовал радости от этой победы.
Димон не пытался останавливать машины, изредка пролетавшие мимо. Просто шагал по обочине, твердо зная, что эта дорога не оборвется, приведет его куда-нибудь. К автобусной остановке он подошел, когда заходящее солнце краем коснулось макушек елей. Сел на деревянный ящик, вытянув уставшие ноги. Он попытался рассмотреть расписание движения автобусов, но жестяная табличка заржавела, чешуйки краски облупились.
Димон докуривал последнюю сигарету, когда из-за поворота показался рейсовый автобус. Наверняка он направляется в какой-нибудь маленький городок, о котором Димон никогда в жизни даже не слышал. Открылись двери, Димон вскочил на подножку. Через несколько секунд автобусная остановка исчезла за поворотом…