— Откуда ты знаешь, что не люблю?
— Знаю, — тоном, как будто такой ответ многое объяснил, проговорила она. Илье это не понравилось. Девочонка тем временем отхлебнула из чашки и тут же выплюнула обратно. — Гадость.
Илья хмыкнул.
— Чаю? Соку? Воды?
Она не спешила с ответом. Скользнула немного растерянным взглядом по полкам с кулинарными книгами, по стойке с посудой, оглянулась назад, чуть задержалась на плоском тёмном экране телевизора, пробежалась глазами по мебели, чёрно-белым фотографиям на стенах. Снова посмотрела на Илью.
— Лоренцана… Лора… — видимо, представилась. Они снова говорили на английском. Зачем она меняла языки, оставалось непонятным. Но складывалось впечатление, что на русском ей общаться проще, и всё же Лора постоянно возвращалась к английскому. — Твоё как звать?
— Моё звать Илья. — У местных всегда были проблемы с произношением его имени. Когда он устал от бесконечного коверканья или их попыток отыскать какой-нибудь не самый подходящий аналог, стал представляться Див, сокращенно от фамилии Дивов. И всем от этого стало только легче.
— Илья, — правильно и совсем без акцента протянула Лора, как он и ожидал. — Воды. Пожалуйста.
— Можно не морочить голову и говорить по-русски, — отозвался Илья, ставя перед ней бутылку с водой и стакан.
— Я не мороч… — она запнулась, но перешла на русский: — Мне всё равно на каком, я твоих языков не знаю. Надо настраиваться, а ты не помогаешь. У тебя в голове полный бардак.
Лора посмотрела на бутылку и стакан. Сначала попыталась отломать крышечку, но довольно быстро сообразила, что нужно делать.
— У меня в голове полный бардак?.. — переспросил Илья. Значит, она телепат! Интересно, его головную боль — тоже чувствует? Организм определённо требовал отдыха, которого не предвиделось. — Надо полагать, в твоей — сплошная упорядоченность?
— Тебе не надо говорить на моем языке, — парировала Лора. Прямо из горлышка выхлебала воду, опустила на стойку пустую бутылку. Та с шумом упала, покатилась по полу. — Можно ещё? И еды тоже, — она заискивающе улыбнулась. — Не будь злюкой.
— Я ещё даже не начинал «быть злюкой»! — Он достал сразу две бутылки. — Что ты будешь? Тосты c джемом, яйца с беконом, йогурт, рыбные палочки с заварным кремом?
— Ага, — Лора кивнула.
— Ага — что? Всё сразу и молоком залить?
— Всё, — на полном серьёзе ответила она. — Можно без молока.
Секунд тридцать Илья прикидывал, насколько та серьёзно, потом снова хмыкнул. И то, и другое уже, кажется, входило в привычку.
— Ну, как пожелаешь.
Он вернулся к холодильнику. Готовить ему нравилось. Правда, не так часто доводилось делать это для кого-то другого, кто мог бы вынести вердикт, хорошо ли у него получается. Да и пока без книжек и подсказок Илья обходился далеко не всегда: это хобби появилось года три назад, когда все в его окружении по достоинству могли оценить разве что пиццу и куриные ножки под пиво. Но сейчас он не собирался изгаляться ради незнакомой девчонки, которую даже не приглашал и которую, по-хорошему, вообще стоило сразу сдать полиции. Вне зависимости от чудес, что она вытворяет. Впрочем, об этом думать было поздно.
Яйца с беконом он приготовил на двоих, раз уж сон ему не светил. Остальное — только незваной гостье. Кроме, конечно, рыбных палочек с заварным кремом. Поставил вариться кофе.
Пару минут они поглощали завтрак в полной тишине.
— Вкусно, — нарушила молчание Лора. И отправила в рот ещё один кусок тоста.
Он усмехнулся, хотел сказать, что просто счастлив, раз она оценила, но сдержался:
— Кто ты такая?
— Я? — она на миг перестала жевать. — Лоренцана. Из Лиама. Королевство такое, — Лора указала рукой на пол. — Там. Под вами.
— Под нами в лучшем случае — Австралия. Там, конечно, конституционная монархия, но сомневаюсь, что ты говоришь об этом.
— Внутри. Через подземелье.
— Подземелье?
— Ну да, — кивнула Лора, отправляя в рот остатки тоста.
— И драконы?
Её глаза округлились, в них читался неподдельный испуг.
— Как Черри?
Илья закашлялся, подавляя смешок.
— Разве что как очень большая Черри-мутант. Гигантские такие ящеры.
— Ящеры? — она нахмурилась. — У нас нет чудищ. Когда-то очень давно были, но мы их убили.
— Превратили в хомячков?
— Наверное, — Лора безразлично пожала плечами. С сожалением оглядела пустые тарелки. — Или съели.
— Хомячков схарчить не позволю. — На всякий случай сказал Илья, следя за её голодным взглядом.
— Я не ем чудовищ! За кого ты меня принимаешь? — она обиженно засопела.
— Не знаю, — честно ответил он. — Не знаю я, за кого тебя принимать. Ты невесть как оказалась у меня дома и превратила бульдога в корзину хомячков. Хенг вот считает, что ты инопланетянка. На полном серьёзе. Я… если бы он тебя не видел, я бы решил, что во мне проснулась плохая наследственность.
Лора молчала. Хмурилась, покусывая нижнюю губу, словно что-то сосредоточенно обдумывала.