Утро снова было ярким и солнечным, но это вовсе не подняло настроение Глебу. Чувствуя, что сплоховал и допустил серьезный промах, он почти не спал в эту ночь. Он, и только он, лично был виновен в том, что упустили Яна. Обыск его комнаты не дал никакого результата: ничего стоящего внимания. Если книга и была, Ян унес ее или передал кому-то из пособников. Например, этой красотке Маше. Кстати, еще не факт, что они заодно. С Марией все вообще странно.
Вчера, не дождавшись Яна, Глеб настойчиво постучал в подсобку.
Маша открыла, улыбаясь как ни в чем не бывало.
— А, вы за вашим приятелем? — спросила она с тем же показным дружелюбием. — Так он ушел. Наверное, вы разминулись.
— Куда он мог уйти?! Мы все время были здесь! — ответил Глеб.
Разозлившись, он схватил Марию за руку, и тут его словно током ударило.
Он увидел этот дом таким, как в своем прошлом видении, в ту пору, когда усадьба, очевидно, еще была молодой. Увидел полутемный кабинет, освещенный одной-единственной толстой свечой, и склонившегося над бумагами старика с суровым, строго вычерченным временем профилем.
Видимо, услышав звук или почувствовав что-то, старик резко поднял голову и взглянул прямо на Глеба. Всего секунду они смотрели друг на друга, и Глеб замер, ожидая, что вот сейчас произойдет НЕЧТО. Если даже не страшное, то, по крайней мере, выходящее из разряда обыденности. Но старик вдруг улыбнулся.
— Ты здесь. Ну иди сюда, дитя, — сказал он ласково.
Глеб вздрогнул и едва не отпрянул от Маши.
Она смотрела на него с удивлением.
— Что-то случилось? Может быть, я зря отпустила вашего друга? — спросила девушка. — Принести воды?
Глеб покачал головой и потер висок, который и вправду вдруг вспорола острая, едва переносимая боль. Парень немного покачнулся, но Северин, глядящий на друга так же озабоченно, как и Мария, поспешил поддержать его за плечо.
— Все… хорошо… — медленно, сам не веря собственным словам, произнес Глеб.
Это странное видение буквально выбило его из колеи. Прежде подобного не случалось при прикосновении к людям, когда он касался предметов — да, было… но люди?… Это новая грань его способностей? Но почему он увидел графа Брюса?
«Скорее всего потому, что это его дом, и все здесь наполнено его присутствием, — думал Глеб. — А еще, возможно, потому что Маша как-то связана с исследованием тем, относящихся к этому человеку. Надо бы все-таки узнать, что она обнаружила…»
Тем временем Мария выключила в подсобке свет и заперла дверь на ключ.
— Спокойной ночи? — сказала она с наполовину вопросительной интонацией. — И еще раз спасибо за то, что так помогли мне с переносом мебели! Одна я бы точно не справилась.
— Спокойной ночи, — отозвался Северин. Глеб только кивнул.
Когда шаги девушки затихли, Северин повернулся к другу.
— С тобой точно все в порядке? — спросил он, недоверчиво разглядывая Глеба.
— Да… Что-то голова разболелась. — Парень снова потер висок. Боль от этого не уменьшилась. Она казалась Глебу ярко-красной лампочкой, вспыхивающей каждые две секунды. Пауза-вспышка-пауза-вспышка. И эта монотонная зацикленность только усиливала его страдания, мешала сосредоточиться.
— Что-то ты вообще сам не в себе. И побелел как бумага. — Северин покачал головой. — Неудивительно. У меня у самого от этого запаха голова побаливает.
— От какого запаха? — едва ворочая языком, спросил Глеб.
— Ну, от запаха роз. Она душится всегда очень сильно, — парень вздохнул. — Я думал, что один такой чувствительный к запахам.
— Я и не чувствовал запаха… — ответил Глеб. — То есть, наверное, чувствовал, но как-то так…
— Значит, он влияет на твое подсознание, — высказал соображение Северин. — Пойдем, отведу тебя наверх. Таблетку выпьешь.
— Погоди. — Глеб наморщился. — А что, если Ян еще там, в комнате? Что, если они с Машей договорились? Надо оставаться здесь. Подождать…
Северин подошел к двери и, приложив к ней ухо, стал прислушиваться.
— Бесполезно, — сказал он через какое-то время. — Никого в комнате нет, совершенно точно. Не спрашивай, откуда я знаю. Знаю — и все. Ян ушел. Не понимаю, как он прошел мимо нас, но здесь его уже давно нет.
Глеб кивнул. Он сразу поверил другу. Опираясь рукой о стену, поддерживаемый Северином, он кое-как поднялся на свой этаж, где сразу выпил две обезболивающие таблетки.
Девочки, с нетерпением ждущие их возвращения, удивились отсутствию Яна.
Северин объяснил им произошедшее скупо, буквально в двух словах.
Александра никак не прокомментировала случившееся, только плотнее сжала губы и нахмурилась, а Динка, не скрывая удивления, присвистнула.
— Он мне сразу понравился! — торжественно заявила она. — Вот что значит быть крутым внеуровневым магом! А что, если он прошел через стенку? Вот бы на это посмотреть! — На худеньком личике с блестящими темными глазами появилось совершенно мечтательное выражение.