Читаем Ловец теней полностью

Чувствуя одновременно и боль, и недоумение, и обиду, волк тряхнул головой, пытаясь сбросить вцепившееся чудовище, но оно держалось накрепко.

— Глеб! Мы опоздаем! — эхом отдаваясь от стен, метнулся в помещении голос Александры.

А дальше… Мотая головой и бросаясь на стену, чтобы расплющить или сбросить с себя врага, Северин успел заметить, как девушка вырвала из рук Глеба данный ему артефакт и бросилась к тени, склонившейся над бессильным, уже не сопротивляющимся Яном.

И в тот же миг наперерез ей метнулась еще одна тень, сверкнули в свете свечей длинные волосы, взметнулось кружево пышной юбки…

Мария, забыв о себе, спешила на помощь своему хозяину.

Как раз вовремя, чтобы спасти того от окончательной смерти.

Саша уже замахнулась, и удар уже было невозможно остановить. Вот только пришелся он не на Брюса.

Кинжал вонзился в тело неожиданно мягко. Мария коротко вскрикнула и вдруг рассыпалась миллионами лепестков роз. Белые, алые, розовые, желтые лепестки закружились в воздухе в странном хороводе, словно поднятые неожиданно налетевшим смерчем. Это было очень красиво. Так красиво, что все на мгновение застыли, наблюдая за этим причудливым танцем.

В это же время Северину по какой-то счастливой случайности удалось стряхнуть с себя маленького, но настырного противника. Собачка отлетела в угол, металлические лапки несколько раз конвульсивно дернулись, и животное затихло…

Синеглазый волк слизнул с бока сочащуюся горячую кровь и посмотрел туда, где в центре круга лежало бессильное тело. Тени над ним больше не было.

— Ян! Ты в порядке?! — Саша упала на колени возле лежащего парня.

— Погоди, может, это и не Ян, — послышался вдруг голос Глеба.

Он остановился в нескольких шагах от круга, рассматривая бледное, в свете свечей казавшееся неестественно белым лицо Яна.

— Но… Я не понимаю! — Александра оглянулась. В ее глазах застыл страх. Северин узнавал этот страх — страх за того, кто тебе дорог, всегда сильнее страха за самого себя.

— Такое бывает в фильмах, — пояснила Динка. — Что, если этот Брюс вселился в тело Яна? Ты ведь об этом, да?

Глеб кивнул.

Тем временем лежащий на полу слабо застонал.

Саша еще раз коротко взглянула на Глеба, махнула рукой: мол, потом разбираться будем, не до того сейчас, и вновь склонилась над Яном.

Глава 14

Механические слуги

Ему казалось, что его крутит в стиральной машинке. Мир вращался перед глазами с бешеной скоростью, все краски сливались в радужные спирали, а голова готова была расколоться на части, как перезрелый орех.

«Вот оно как происходит, когда вынимают душу», — успел подумать Ян.

А потом что-то изменилось. Вращение вдруг прекратилось, причем так резко, что на парня накатила новая волна дурноты, переворачивающая внутренности.

«Должно быть, уже все», — отстраненно подумал он. Мысли были словно чужими, похожими на громадные неподъемные чугунные шары.

Ян замер, ожидая, как встретит его межмирье. Где-то там слышались смутно знакомые голоса, достигающие сознания как через толстый слой ваты.

Кто-то окликал его по имени… Потом парень различил имя Брюса и вздрогнул: неужели тот будет преследовать его даже здесь?! Тяжело застонав, Ян приоткрыл глаза и увидел над собой лицо Александры. Вот уж не ожидал! Хотя, конечно же, это вовсе не она — мираж или даже что-то хуже того. Твари, живущие в этом мире, наверняка могут принимать любой облик и представиться хоть телепузиком.

— Ян! Ты живой?! — Девушка отерла его лицо чем-то приятно-холодящим.

— Нет, — ответил Ян, удивившись, что она еще спрашивает.

А Саша вдруг улыбнулась — совершенно неожиданно и солнечно.

— Глеб, ребята! Это Ян! — сказала она радостно.

В поле зрения появилось лицо этого чистоплюя Глеба. Он кивнул, а возникшая рядом Динка захлопала в ладоши.

— Наших так просто не возьмешь! — заявила она с такой гордостью, словно это была ее личная заслуга.

— Пустите, я сейчас пульс проверю! — из-за спин ребят высунулся Северин. Растрепанный, с блестящими глазами. Подойдя к Яну, он взял его руку.

Ян заметил, что джинсы на коленках у Северина порваны и испачканы землей и травой. Такое ощущение, словно парень только-только носился на четвереньках.

Молодой маг вздохнул. У всего происходящего был несомненный положительный момент: даже в самом страшном кошмаре Яну не могла явиться вся эта компания. Значит, он в реальности. Да здравствует наш старый, не слишком добрый, но такой привычный мир!

— Получили эсэмэс? — спросил он, и Александра кивнула.

— Ты уж прости. Мы едва не опоздали…

Яну показалось, или в голосе Глеба действительно прозвучало извинение?! Вот чудеса!

Ян не смотрел на него — он не сводил глаз с Александры, а она смотрела на него, и ему казалось, что между ними плетется странный узор, с этой самой минуты навсегда связывающий воедино две судьбы…

— Тебе надо бы отдохнуть, — Северин выпустил его руку. — Сейчас хотя бы глюкозки… а я не взял… Опасно вот так, да с таким давлением…

Слова Северина смутно тревожили Яна. Где-то в отдаленной части сознания настойчиво, как муха в стекло, билась какая-то мысль… Ах да… Опасно… Опасно…

Перейти на страницу:

Все книги серии Похитители древностей

Похожие книги

Белеет парус одинокий. Тетралогия
Белеет парус одинокий. Тетралогия

Валентин Петрович Катаев — один из классиков русской литературы ХХ века. Прозаик, драматург, военный корреспондент, первый главный редактор журнала «Юность», он оставил значительный след в отечественной культуре. Самое знаменитое произведение Катаева, входившее в школьную программу, — повесть «Белеет парус одинокий» (1936) — рассказывает о взрослении одесских мальчиков Пети и Гаврика, которым довелось встретиться с матросом с революционного броненосца «Потемкин» и самим поучаствовать в революции 1905 года. Повесть во многом автобиографична: это ощущается, например, в необыкновенно живых картинах родной Катаеву Одессы. Продолжением знаменитой повести стали еще три произведения, объединенные в тетралогию «Волны Черного моря»: Петя и Гаврик вновь встречаются — сначала во время Гражданской войны, а потом во время Великой Отечественной, когда они становятся подпольщиками в оккупированной Одессе.

Валентин Петрович Катаев

Приключения для детей и подростков / Прочее / Классическая литература