У нее перехватило дыхание, когда ее разум пронесся по еще одному призрачному коридору в ее голове, месту, куда она никогда не ходила, разве что в своих кошмарах, но никогда наяву. Она боролась, чтобы оставаться на свету, но тени затягивали ее.
Кто-то окликнул ее, голос из далекого прошлого, слова звучали шелковисто и нежно, но со злым умыслом. Кэтрин зажала уши ладонями.
— Нет, — громко воскликнула она. — Не надо. Уходи. Перестань!
— Кэтрин, — услышала она Дилана, но его голос был не таким сильным, как у другого мужчины.
Она почувствовала, как машина вильнула, а затем резко остановилась. Рывок ремня безопасности вернул ее в настоящее. Кэтрин распахнула глаза, когда Дилан схватил ее за руки, отводя их от ушей, чтобы она его услышала.
— Твою мать, Кэтрин, — рявкнул он решительно. — Поговори со мной. Посмотри на меня.
Команды Дилана загнали другого мужчину обратно в глубины ее сознания.
Она уставилась на него, ее грудь тяжело вздымалась, пока она пыталась отдышаться. Смутно она поняла, что Дилан съехал на обочину шоссе.
— Что, черт возьми, происходит, Кэтрин? У тебя еще одно видение? Ты связалась с парнем, который пытается нас убить?
Она хотела ответить ему, но слова не шли с языка. Ее настоящее и прошлое сливались воедино. Она хотела убежать, но не было никакого способа избавиться от ужасов собственного разума. Она стояла очень близко к краю опасного обрыва. Всю свою жизнь Кэтрин задавалась вопросом, не сломается ли она однажды, не разорвется ли надвое, не заснет ли однажды и никогда не проснется. Человек не может выдержать слишком многого. И сегодняшнее покушение на ее жизнь напомнило ей о последнем разе, когда она избежала смерти.
Быстро моргая, она попыталась сосредоточиться на чем-то реальном, на чем-то прямо перед ней. Но боялась, что проигрывает по-крупному, и не могла не задаваться вопросом: сколько еще шансов у нее будет, прежде чем кому-то удастся ее убить.
— Кэтрин, посмотри на меня.
Слова Дилана заставили ее повернуть голову. Тепло его ладоней на ее руках пробилось сквозь жуткий холод.
— Ты замерзла, — сказал он, сильно растирая ей пальцы. — Я должен был остановиться раньше.
— Я… я в порядке, — выдавила она, наконец.
Однажды ей придется столкнуться с тем, что у нее в голове, но не сегодня, не сейчас. Она не готова. Ей предстояло сразиться в слишком многих битвах, встретиться лицом к лицу со слишком многими убийцами. Она не могла победить их всех сразу.
— Можешь рассказать мне, что видела? — попросил Дилан.
— Он собирается убить меня первой. Потом тебя.
Глаза Дилана расширились.
— Где? Когда?
Она покачала головой.
— Не знаю. Но он близко, и, похоже, не беспокоится о том, как найти нас. Как он может знать, где мы будем, если мы сами этого не знаем?
— Он не знает, где мы сейчас находимся. Он не может, — успокаивал ее Дилан. — Он не так всемогущ.
— Думаю, он всемогущ… или же кто-то другой, — поправилась она. — Тот, кто говорит ему, что делать. И этот человек хочет, чтобы ты увидел, как я умираю.
Он обхватил ее лицо ладонями.
— Этого не произойдет. Клянусь Богом, я не позволю этому случиться.
— Я знаю, ты попытаешься… — начала она.
Он прервал ее, покачав головой.
— Нет, я не буду просто пытаться. Я добьюсь успеха. Ты должна верить в меня, Кэтрин, так же, как я верю в тебя.
Впервые она посмотрела ему в глаза и увидела полное и безоговорочное принятие. Ранее он говорил ей, что потерял веру, но каким-то образом нашел ее в ней. Она была чрезвычайно тронута. И если он мог верить, то и она могла.
— Я верю, — прошептала она. — Действительно верю в тебя.
Она провела пальцем по его волевой челюсти и увидела, как запульсировала жилка на его шее.
— И хочу показать тебе, насколько сильно.
— Кэтрин, — выдохнул он ее имя с хриплой ноткой желания.
— Отвези меня куда-нибудь, — сказала она. — Давай прекратим бегать хотя бы ненадолго.
* * *
Ее голова ударилась о матрас через две секунды после того, как они вошли в номер мотеля.