Читаем Марко Поло полностью

Это человек по-своему многогранный, прекрасный наблюдатель, страстный охотник, любитель сказок и преданий, большой ценитель женщин, никогда не упускающий случая рассказать своему товарищу по заключению о том, каких женщин он встречал во время своих странствований. Широко открытыми глазами смотрит он на неведомый мир, на необычайную природу, причудливые и странные обычаи дальних стран. Он наделен прекраснейшей памятью. Через много лет в подземелье генуэзской тюрьмы он отчетливо и связно восстановит в своей памяти виденные им когда-то зеленые долины Афганистана, молчаливые просторы Памира, людские муравейники китайских городов, ночлеги в предгорьях Тибета, когда с грохотом трескается бамбук, брошенный в костер, чтобы отпугнуть диких зверей, ловлю жемчуга у берегов Цейлона, черных идолов и белых бесов индийских храмов.

В своей книге он приводит массу сведений о своеобразных обычаях тех народов, которые ему довелось видеть. Он рассказывает, как сушат дыни в Шапургане, какие штаны носят женщины в Бадахшаие, как в Пашиае мужчины носят кольца, как хоронят мертвых в Тангуте и Китае и сжигают с мертвецом изображения всех предметов, что окружали его при жизни, как уступают дочерей и жен странникам в Хами, Тибете и Сычуани, как в Юннани, когда жена рожает, муж ложится в постель, притворяется больным и принимает поздравления, как ездят на слонах в Занзибаре, как в Сычуани соль и раковины служат вместо денег, как исцеляют в Юннани одержимых бесами, какие бани на сто человек в Хнььчжоу-фу, как татуируют тело жители Индо-Китая, как добывают жемчуг на Цейлоне, каковы верования браманистов, как в Индии разбойники поят купцов слабительным, чтобы заполучить проглоченные ими драгоценности, как ездят на собаках на санях в Сибири и т. д.

Некоторые из этих описаний поражают своей живостью и красочностью.

Особенно подробно рассказывает Марко Поло об охоте и о новых, неведомых в Европе охотничьих животных. Таково, например, описание охоты на тигра, которого Марко Поло везде называет львом. В Восточной Африке видел Марко Поло жирафа и очень красиво рассказал о нем. Может быть, чтобы подчеркнуть изящество жирафа, он дальше говорит о женщинах Занзибара.

«Водится тут много жирафов, красивы они с виду, вот какие: тело, знайте, коротенькое и сзади приземистое, потому что задние ноги коротенькие, а передние и шея длинны, а голова от земли высоко, шага на три, голова маленькая, вреда никому не делают, масть рыжая, с белыми полосками. С виду очень красивы. Здешние женщины с виду очень безобразны: рты большие и глаза тоже, а носы толстые, груди у них в четыре раза толще, нежели у наших женщин, очень безобразны. Питаются они рисом, да мясом с молоком и финиками. Виноградного вина у них нет, делают они вино из рису с пряностями, питье хорошее» (гл. СХСП).

Об охоте он не устает говорить. С нескрываемым интересом, удовольствием и любовно описывает Марко Поло «лучших соколов, самых быстрых в свете, они меньше сокола-пелегрима, по брюшку красны и под шейкой и между ляжками», черных ястребов, «что летают быстро и очень хороши на охоте», балабанов, сероголовых соколов, коечетов, орлов, беркутов, собак-«мордашек». Рассказывает про охоту на тигра, носорога, крокодила, говорит о попугаях, обезьянах, страусах, диких ослах. Пышная охота Хубилая приводит его в восторг, и он подробно ее описывает.

Вообще Марко Поло не скрывает своего преклонения перед монгольскими ханами, под властью которых вольготно и безопасно торговать купцам всех национальностей. Перед нами явно человек монгольской ориентации. Он неоднократно подчеркивает мощь Хубилая, его «благое правление», его «милости и благодеяния», но почти не останавливается на тех опустошениях, которые сопровождали монгольские завоевания. Он с сожалением отмечает, что монголы «портятся», окитаиваются в Китае и омусульманиваются в Сирии и Персии.


Марко Поло — венецианец, испытавший сильнейшее влияние восточных культур. Подчеркиваю — не одной культуры, а целого конгломерата культур, воспитавшийся, если так можно выразиться, на большой дороге, в караван-сараях и лавках Азии. Отсюда он вывез не только множество восточных слов, но и всевозможнейшие легенды и сказки, которые он слышал в дальнем пути, ночуя у костра или в караван-сараях, пережидая томительный штиль в Индийском океане.

Просматривая сказки и легенды, попавшие в книгу Марко Поло, невольно обращаешь внимание на довольно явное религиозное безразличие автора. Правда, он подробно описывает историю трех волхвов, житие св. Фомы, чудо в Багдаде, но он считает также нужным изложить историю Будды в том виде, как Он слышал ее от какого-то монгольского монаха. Передавая историю Будды, он обнаруживает даже несвойственный ему лиризм и заканчивает легенду совершенно неожиданно для итальянца-католика XIII века: «Ушел царевич из дворца и от отца в высокие и пустынные горы и прожил там всю жизнь целомудренно, в великом воздержании; будь он христианином, то стал бы великим святым у господа нашего Иисуса Христа».

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Житнухин , Анатолий Петрович Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Аркадий Иванович Кудря , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь , Марк Исаевич Копшицер

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

Мсье Гурджиев
Мсье Гурджиев

Настоящее иссследование посвящено загадочной личности Г.И.Гурджиева, признанного «учителем жизни» XX века. Его мощную фигуру трудно не заметить на фоне европейской и американской духовной жизни. Влияние его поистине парадоксальных и неожиданных идей сохраняется до наших дней, а споры о том, к какому духовному направлению он принадлежал, не только теоретические: многие духовные школы хотели бы причислить его к своим учителям.Луи Повель, посещавший занятия в одной из «групп» Гурджиева, в своем увлекательном, богато документированном разнообразными источниками исследовании делает попытку раскрыть тайну нашего знаменитого соотечественника, его влияния на духовную жизнь, политику и идеологию.

Луи Повель

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Самосовершенствование / Эзотерика / Документальное