Читаем Маруся Климова полностью

Маруся Климова

1

Публицистика18+


1


АННОТАЦИЯ:

Маруся Климова (Татьяна Кондратович) – писательница и переводчица, автор нашумевших

романов «Голубая кровь», «Домик в Буа-Коломб», «Белокурые бестии», а также сборников

«Морские рассказы», «Селин в России», «Парижские встречи». Широко известны ее переводы

французских радикалов: Луи-Фердинанда Селина, Жана Жене, Пьера Гийота, Жоржа Батая, Моник Виттиг и др.

«Моя история русской литературы» -- книга, жанр которой с трудом поддается

определению, так как подобных книг в России еще не было. Маруся Климова не просто

перечитывает русскую классику, но заново переписывает ее историю. Однако смысл книги не

исчерпывается стремлением к тотальной переоценке ценностей -- это еще и своеобразная

интеллектуальная автобиография автора, в которой факты ее личной жизни переплетаются с

судьбами литературных героев и писателей, а жесткие провокативные суждения -- с юмором, точностью наблюдений и неподдельной искренностью.

Книга вызовет восторг или негодование у самого широкого круга читателей.

© Маруся Климова (Кондратович Т.), текст, 2004

©


Зоя Черкасски, иллюстрации к главам, 2004

© Лосев П.П., дизайн, 2004

© Гуманитарная Академия, 2004


Маруся Климова


МОЯ ИСТОРИЯ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ



Введение

Русская литература берет свое начало с XVIII века, с конца XVIII… Все

остальное теряется во мраке, во всяком случае для меня. Наверное, это уже

древнерусская литература, которая, возможно


, вовсе и не литература никакая, а

выдумка. "Слово о полку Игореве" - новодел, подкинутый во время пожара.

Очень может быть! Поэзия знаменитых причитаний Ярославны всегда

оставалась для меня загадкой, - кажется, они все еще нуждаются в переводе с

древнерусского. Многолетние бдения академика Лихачева, соцзаказ, выполненный Заболоцким, и наконец смелая трактовка некоего двадцатилетнего

вундеркинда, внештатного сотрудника газеты "Известия" по фамилии Чернов, не

оставили никакого следа в моей душе. Я лучше помню шлягер на стихи того же

Чернова в исполнении Софии Ротару про кружащийся снег, на "лепестки

похожий", который кружился и "радовал прохожих", далее следовал припев: "О, это было так внезапно!" В памяти застряла еще одна песня, связанная с

Ярославной: "Хмуриться не надо, Лада! Нам столетья не преграда…" Эта песня

появилась на свет в конце шестидесятых, накануне столетия Ленина, и, говорят, из-за этих слов едва не была запрещена. Вот, пожалуй, и все ассоциации, которые вызывает у меня "Слово о полку Игореве", а вместе с ним и вся

древнерусская литература!

Да, чуть не забыла, еще одно воспоминание! Много позже, во времена

поздней перестройки, мне довелось посетить одну из многочисленных тусовок

тех лет, спровоцированную щедрым многотысячным грантом Сороса. Акция


2

называлась "Невостребованная Россия". В спортзале расположенного в центре

Ленинграда вуза были расставлены огромные фанерные щиты, на которые все

желающие (вход в зал был абсолютно свободным) могли прикрепить кнопками

краткое изложение своих невостребованных культурных проектов. Что я и

сделала. Хотя суть своего проекта я теперь уже очень смутно помню: может, это

было предложение издать мой перевод Селина, а может быть, и нет, не уверена.

В зале, помимо щитов, стояло еще несколько столов, за которыми участники

акции обсуждали самые разнообразные темы, например, философские взгляды

Вернадского и их связь с мировоззрением Флоренского. Внешний вид

присутствующих в зале, особенно сидевших за столами, был воистину

пугающим: какие-то бомжовского вида истощенные взлохмаченные старцы и

старухи, а если там и попадались личности помоложе, то выглядели они ничуть

не лучше. Впрочем, видимо, так и должны были выглядеть участники акции

"Невостребованная Россия". Невостребованная кем? У меня было такое

ощущение, что я попала на какое-то поле, заросшее совершенно чахлыми и

обреченными на вымирание растениями, от которых отвернулась сама Природа.

В довершение всего там же я натолкнулась на отца моей знакомой, некогда

преуспевающего советского писателя, который теперь, как я слышала, был болен

раком в последней стадии. Выглядел он ужасно - я даже не решилась подойти к

нему и поздороваться. Здесь впервые меня посетили мысли о смерти не только

литературы, но и культуры вообще. Сами эти мысли довольно банальны, но у

меня это были даже не мысли, а какое-то животное инстинктивное чувство, не

раз впоследствии посещавшее меня во время всевозможных литературных

презентаций и вечеров: мне, как крысе, хотелось бежать с этого корабля.

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 заповедей спасения России
10 заповедей спасения России

Как пишет популярный писатель и публицист Сергей Кремлев, «футурологи пытаются предвидеть будущее… Но можно ли предвидеть будущее России? То общество, в котором мы живем сегодня, не устраивает никого, кроме чиновников и кучки нуворишей. Такая Россия народу не нужна. А какая нужна?..»Ответ на этот вопрос содержится в его книге. Прежде всего, он пишет о том, какой вождь нам нужен и какую политику ему следует проводить; затем – по каким законам должна строиться наша жизнь во всех ее проявлениях: в хозяйственной, социальной, культурной сферах. Для того чтобы эти рассуждения не были голословными, автор подкрепляет их примерами из нашего прошлого, из истории России, рассказывает о базисных принципах, на которых «всегда стояла и будет стоять русская земля».Некоторые выводы С. Кремлева, возможно, покажутся читателю спорными, но они открывают широкое поле для дискуссии о будущем нашего государства.

Сергей Кремлёв , Сергей Тарасович Кремлев

Публицистика / Документальное
Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Луис , Бернард Льюис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное