— Во-во, — сурово сказал король. — Повесить — и дело с концом.
— Папа, — вскрикнула Жуля и вцепилась в меня.
— Нельзя, Ваше Величество, — осуждающе произнес поэт. — Вас тбписты растерзают. Если их не опередит ваша дочь. Или эльфы.
— Эльфы? А при чем тут эльфы?
— Как, разве я не сказал еще? — Лем хлопнул себя по лбу. — Дырявая башка! Его Величество Кавендиль передает, что Оракул перед самой гибелью Куимияа и Обсерватории сообщил о грядущем возвращении в мир Эхартиэля Хайабиирт. В другом теле, разумеется, с другими личиной и именем. Реинкарнации предназначено искупить страшные грехи предыдущего воплощения.
— Ну, а при чем тут я? — любопытство мой самый главный порок. Иногда. Порою его затмевает собою тупость.
— Ты еще не понял? — удивился Лем. Обвел глазами наш узкий круг. Склонился вперед, мы непроизвольно тоже подались к нему, желая услышать дальнейшие потрясающие известия. — Величайшего героя и преступника звали Эхартиэль Хайабиирт, он же первый император Ионафат, Эльфийской империи. В легендах сей тип известен под именем Харт Лишенный Прошлого.
— И что из этого? — спросил король. Похоже, не я один туп как пробка.
— Да вы что все, ужрались? Когда успели? Мозги не работают?
— До чего же похоже звучит, — почти благоговейно прошептала Жуля. — Харт Лишенный Прошлого и Хорс Потерявший Память.
— Именно! — торжествующе заключил Лем. — Уяснили?
— О великий Тбп, — выдохнул король и грохнулся в тронное кресло. На хамство Лема он внимания не обратил, видимо, такое было в порядке вещей. — За что мне такие мучения, о, чем я заслужил…
— И при чем тут я, — недоумение не покинуло мои одуревшие мозги.
Тут уже все трое с изумлением превеликим воззрились на меня.
— Таких совпадений не бывает, — кротко пояснил Лем. — Итак, ты у нас един во многих лицах, назначениях и возможностях.
— Чего?
— Перечислим. — Лем принялся загибать пальцы. — Тбп осчастливил мир своим посланцем — то есть тобой. Демон Краа-Кандрапахтархан подчинился тебе, вместо того, чтобы подчинить себе и начать Дикий Гон. Впрочем, может, просто еще не пришло его время. Простые люди начинали тебе исповедоваться помимо воли. Оракул сообщил о возвращении Харта. Предсказания Оракула имеют… имели обыкновение сбываться. Беда в том, что порою они сбываются еще до объявления самого предсказания, что, видимо, произошло в нашем случае. Ханурики и кагурки выступили войной на Тратри потому, что жрецы и шаманы сказали, что в Райа идет живое воплощение роялизма и мехнаизма; каждый возмечтал заиметь его у себя. Сначала они отберут тебя у Тратри, а потом начнут разбираться друг с другом. Наконец, алтарь в Эглотауре, не подававший признаков жизни много веков, сообщил, что в мире появился вестник. А это может значить только одно.
Лем замолчал.
— Что? — разом спросили мы с Жулей. Король молчал, сидя на троне, все больше бледнея. Придворные столпились поодаль, но приблизиться не решались, напряженно вслушивались в тихую беседу, пытались уловить слова.
— Мир близится к концу, — просто сказал Лем. И невинно глянул на меня.
Интерлюдия