Моргунов сел на корточки, достал из-под полусгнившего крыльца большой ключ и отпер дверь. А затем, не оборачиваясь, зашел внутрь. После недолгого колебания я последовала за ним, на всякий случай не закрыв за собой дверь.
В большой комнате с давно потухшей печью стояли трехногий стол и кушетка, на которой лежал длинный предмет, обернутый в серое полотно.
— Ну что, Лиза, хочешь поговорить с подругой? — повернулся ко мне Моргунов. В этот момент он сам походил на ожившего мертвеца. Глаза запали внутрь черепа, побелевшая кожа обтягивала осунувшееся лицо, и во взгляде не было ни искры — одна беспросветная тьма.
— Хочу. — пыталась выговорить я, но из пересохшего горла не донеслось ни звука.
— Ну, говори. — он резким движением развернул предмет на кровати. — Вот она.
Я молча смотрела на покрытое трупными пятнами опухшее лицо Тамары. На ее шее была туго стянута завязанная петлей веревка. Из-за холода в доме разложение еще не наступило, но было ясно, что погибла она уже давно.
Я все молчала, не в силах справиться с собой. Тогда заговорил Моргунов:
— Лиза, я не хотел этого. Это все ты… Все ты. Я так мечтал о таком даре… а ты им пренебрегла. Я слышал голоса с той стороны, они уверяли, что я избранный, что в меня вселилась душа погибшего писателя. Я им поверил… Я не мог больше быть простым строителем, я стал медиумом… Но мой дар… Меня просто надули! — выкрикнул он. — Я оскорбился, и тогда мне сказали — я не стою своего дара. Что великого я сделал в своей жизни? Чем прославил свое имя? Тот, кто в меня вселился — он не побоялся убить, не побоялся украсть. А я — ничтожество, ни на что не годное.
Он перевел дыхание. Я все так же неподвижно стояла, глядя на него.
— И тогда я решился на первое убийство. Я знал, что их должно быть много, но первое… Это было страшно, так страшно… Я надеюсь, что девушка не мучилась. Она была без сознания, когда я ее душил.
Он снова запнулся.
— Я убил пятерых, и тут выяснилось… Я не мог их публично найти! Понимаешь ты это? Я не мог сделать то, ради чего взял на душу такой грех! Я понял, что, если скажу, где искать тела, меня заподозрят, а у меня нет алиби! Я был в отчаянии, и тут появилась ты. У нас обоих был такой шанс! — в его голосе прозвучало отчаяние. — Ты нашла бы почти всех, а я убил бы еще кого-то таким образом, чтобы у меня было алиби. И сам нашел бы последнюю жертву. Когда тебя заподозрили, для меня это был удар. И я стал слать смс-ки от имени девушек, чтобы никто точно не знал, живы они или нет. Я не мог допустить, чтобы тебя арестовали. У тебя был дар, настоящий. Я душу отдал ради него, но мне он не достался. А тебе его дали ни за что, просто так, и ты еще выламывалась, брыкалась…
Он снова замолк, утирая со лба выступивший пот.
— Я так хорошо все придумал. Тамара согласилась недельку посидеть тут, без связи, чтобы ты, разволновавшись, вновь вернулась бы к ясновидению. Она должна была сначала отвечать на твои звонки, а потом, в строго назначенное время, сбросить звонок и отключить телефон. А я в это время должен был сидеть у тебя дома. Идеальное алиби, правда же? После этого я мог спокойно сказать место, где лежит ее тело. И заодно найти тело Веры и еще одной девушки. У меня было алиби, мой план удался! Но и это еще не все!
Я понял, что надо сделать, чтобы закрепить удачу. Мое ясновидение должно было подсказать мне, кто убийца! Я должен был объявить это на весь свет, а потом сделать так, чтобы его поймали за руку! Лилия помогла мне в этом. Она была тщеславна ничуть не меньше меня, и сразу поняла, какой прекрасный репортаж может сделать, настоящую бомбу! Она мечтала, что ее заметят на ТНТ, и возьмут вести хоть какую-нибудь программу.
Я добился всего, о чем мечтал годами… О чем мечтал всю жизнь. Но Тамара… — он резко отвернулся. — Ты знаешь, она ведь в последний момент все поняла. Она ждала меня здесь, и когда я подошел к ней близко, якобы чтобы обнять… Я увидел ее глаза. Она все поняла, Лиза! Она все поняла, и не стала сопротивляться.
Он замолчал, глядя куда-то в сторону.
— А Вера приехала к тебе неожиданно? — наконец выдавила я. — Она думала, что Тамара у тебя, поэтому не отвечает на звонок?
— О, эта старая кошелка… — его лицо исказила гримаса злости. — Она просто ворвалась ко мне, орала, что я прячу Тамару, которая ей нужна, а сам наглый шарлатан, который не может отличить живую от мертвой. И тут она увидела мобильник Саши. Я его не спрятал, кто ж знал, что старая сука ко мне припрется! Оказалось, он был какой-то не такой, переделанный, с панелью от другого телефона. Как она орала! Пришлось сказать, что мы с Сашей любовники, и она все это время пряталась в моем загородном доме.
Он говорил все быстрее, и ему постоянно не хватало дыхания.
— Я сказал, что отвезу ее к Саше сам, и она поехала. Сюда. Я давно знал этот дом, сюда никто случайно не доберется, а если и найдут его — со мной точно не свяжут. А подвал тут основательный, сделан на века.