Еще через несколько минут во двор въехали «Жигули» с мигалкой. Не заглушая мотор, из машины выбрался мордатый полицейский в кителе с капитанскими погонами. Первым делом он вразвалку подошел к Семенычу, уважительно пожал ему руку и только потом повернулся к лежащим на земле напарникам.
— Эти, что ли? — Он пнул Штыря носком сапога. Штырь застонал: удар пришелся по сломанному ребру.
— Эти, — вздохнул Семеныч. — Пришли, понимаешь, и начали выступать. Никакого, понимаешь, воспитания! Парни мои, конечно, немного погорячились…
— Это понятно, — протянул полицейский Павел. — Иногда и не хочешь, а погорячишься. Я вот думаю… Помнишь, в марте канцелярский магазин какие-то двое ограбили? Не иначе, это они и есть.
— Очень даже может быть, — поддержал Семеныч. — Наверняка они!
— Эй, начальник, — прохрипел Штырь, — ты нам чужое не шей! Мы грамотные, ничего не подпишем!
— А тебя кто-то спрашивает? — повернулся к нему капитан и снова ткнул в бок. — Пока тебя никто не спрашивал, лежи и отдыхай! Вот когда спросят, тогда и покажешь свою грамотность.
Он задумчиво огляделся, потом наклонился над гастролерами, провел рукой по их одежде и вдруг, как цирковой фокусник, вытащил откуда-то два маленьких бумажных пакетика.
Повертев эти пакетики перед носом у Семеныча, он озадаченно проговорил:
— Ты смотри, чего я нашел! Порошок какой-то… Надо бы в лабораторию отдать, пускай проверят. Может, конечно, зубной порошок, а может, и наркотики. Мне чутье подсказывает, что наркотики. А если мне чутье что подсказывает — я ему, чутью, доверяю!
— Начальник. — Штырь попытался подняться, но ему снова досталось ногой в бок. — Начальник, ты что же делаешь? Ты что же беспредельничаешь? Ты что, думаешь, на тебя управы не найдется?
— Во как! — Полицейский довольно переглянулся с Семенычем. — Тут еще и угрозы должностному лицу при исполнении! Еще и оскорб-ления! Полный, можно сказать, букет моей бабушки! Семеныч, в свидетели пойдешь?
— Пойду, — радостно согласился толстяк. — За тебя, Павел, куда угодно пойду, хоть на Колыму. Сильно я тебя уважаю!
— На Колыму не надо, там холодно, — ухмыльнулся капитан и повернулся к своей машине: — Серега! Давай грузить этих беспредельщиков! С ними все ясно! Ограбление канцелярского магазина, хулиганство, наркотики, оскорбление при исполнении…
Из машины выбрался молодой лейтенант с оттопыренными розовыми ушами. Вдвоем с Павлом они запихнули незадачливых напарников на заднее сиденье и укатили в голубую даль.
— Жанна Георгиевна задерживается, — проговорила секретарша Людочка, не отрывая взгляд от книжки в глянцевом переплете. — И вообще она принимает только по предварительной записи.
Почувствовав неладное, она все же подняла голову и чуть не сползла со стула.
— Жанна Георгиевна? — Глаза секретарши округлились от изумления. — Это вы?
— Я, — сурово проговорила подозрительная личность в темных очках и поношенной джинсовой куртке. — И я пока здесь работаю! А вот вы… не уверена, что вы здесь задержитесь, если будете читать художественную литературу на рабочем месте! Что это у вас? — Она схватила книжку и фыркнула: — Ирина Снегирева! «Скелет в шкафу»! И как, нравится?
— Нра… нравится, — пискнула секретарша. — Это больше не повторится! Вас ведь все равно не было…
— Конечно, не повторится! — рыкнула Жанна, закрывая за собой дверь кабинета.
Людочка проводила начальницу затравленным взглядом и удивленно принюхалась: от той явно пахло не фирменными духами от Исси Мияки, а самой натуральной собакой.
— Ой, Жанна Георгиевна! — выкрикнула секретарша в сторону двери. — Вам звонил Всеволод Иванович!
Телефон на рабочем столе Жанны залился требовательным звонком.
— Да! — раздраженно выпалила она, но тут же ласково замурлыкала: — Севочка, это ты?
Звонил ее знакомый полковник ГИБДД.
— Я, — мрачно подтвердил чин из ГИБДД. — Слушай, ты во что это меня втянула?
— То есть как? Ты о чем, дорогой? — В голосе Жанны прозвучало искреннее недоумение.
— О том человеке, насчет которого ты спрашивала в последний раз. О Цыплакове, будь он неладен!
— О Цыплакове? — Теперь Жанна сознательно тянула время.
— Вот именно! — рявкнул полковник. — О владельце синего «Ситроена» номер такой-то! Ты еще сказала, что готова его убить! Говорила, не отпирайся. Так вот, поздравляю: его убили!
— Но, Севочка, не думаешь же ты…
— Я-то, может, и не думаю. — Полковник несколько смягчился. — Но другие… Как ты полагаешь, никто у нас в управлении не удивится, когда узнают, что я наводил о нем справки за несколько часов до убийства?
Жанна на секунду закрыла глаза.
Она представила себе мертвого Цыплакова с полиэтиленовым мешком на голове. Только бы в полиции не узнали, что она побывала в его квартире!
— А как они узнают? — растерянно спросила Жанна.
— Ты что же, думаешь, я его сам пробивал по базе? — пророкотал полковник, приняв ее вопрос на свой счет. — Секретарше поручил, а ты сама знаешь: что знает секретарша, знает все мировое сообщество!