Читаем Мистер Доллар полностью

Лакей уходит.

Жан. А зачем она пришла?

Маткович. Вероятно, она сама вам об этом скажет.

Жан. Хорошо. Пусть войдет. (Уходит в свою комнату.)

IX

Маткович, Госпожа советница с репутацией.

Госпожа советница с репутацией. Добрый день, господин Маткович. Вы, вероятно, не ожидали видеть меня в вашей прихожей?

Маткович. Я был бы приятно удивлен, если бы вы пришли ко мне, а так вы только пройдете мимо меня.

Госпожа советница с репутацией. Да, у меня очень важное дело к господину Тодоровичу. Об этом можно говорить только наедине.

Маткович. Господин Тодорович ждет вас. (Показывает на дверь.)

Госпожа советница с репутацией. Спасибо, вы были так любезны и сразу же сообщили мне, когда меня могут принять. (Уходит в комнату Жана.)

X

Маткович, Редактор.

Редактор. Извините, но я только на пару слов.

Маткович. Прошу!

Редактор. По городу ходят целые легенды! Говорят, что какой-то профессор пишет исследование, прослеживая всю родословную Жана на протяжении ста пятидесяти лет; какой-то композитор написал «Марш Тодоровича»; в совет общины поступило предложение переименовать одну из улиц и назвать ее именем Жана; общество пассажирского сообщения переименовало один из своих пароходов, и теперь это уже не «Ангелина», а «Йован Тодорович»; один фабрикант шляп назвал свою новую модель «à la Тодорович». Это уже превышает все наши ожидания! Боюсь, как бы ваша злая пакость не превратилась в нечто большее. Вот потому я и забежал к вам. Хочу по-дружески напомнить, не пора ли кончать наш фильм?

Маткович. Это означало бы опускать занавес на середине третьего действия и тем самым оборвать неоконченный фильм.

Редактор. Боюсь, что дело зайдет слишком далеко. Ведь вы уже добились всего того, чего хотели.

Маткович. Нет, это еще не все! Нужно женить Жана.

Редактор. Женить? Но разве можно доводить месть до таких размеров? Да вы немилосердны?!

Маткович. Я не говорю, чтоб он обязательно венчался, но помолвка должна состояться.

Редактор. А кто же предназначен в жертву?

Maткович. Та, которая отвернулась от меня, услышав, что есть более богатый наследник. И которая отвернется от этого богатого наследника, как только ей предложат официанта Жана, как еще более богатого наследника.

Редактор. И вы думаете, эта госпожа согласится?

Маткович. О дорогой мой! Мистер Доллар – очень симпатичный человек, мистер Доллар – это блестящие перспективы, мистер Доллар – это самый достойный кандидат в мужья, мистер Доллар – неотразим, мистер Доллар – это самый страшный искуситель женских сердец. Вас позвали на чай к председателю клуба?

Редактор. Да, я только что получил приглашение.

Маткович. Не вздумайте отказываться.

Редактор. Ну что ж, тогда до свидания. До завтра.

Маткович. До свидания!

Редактор уходит.

XI

Маткович, Жан.

Жан (выходит из комнаты). Можно мне вас спросить?

Маткович. Я слушаю.

Жан. Могу ли я обещать этой госпоже двадцать шесть тысяч динаров взаймы?

Маткович. Вы думаете, она вернет?

Жан. Я не знаю… но она так любезна, что мне очень трудно ей отказать.

Маткович. В таком случае пообещайте. А почему бы и нет? Такую сумму можно пожертвовать.

Жан (уходя в свою комнату). Я же говорю вам, такая любезная госпожа. (Уходит.)

XII

Маткович, Маришка, лакей.

Лакей. Тут какая-то девчонка принесла письмо для господина Тодоровича, мне не отдает, говорит, что хочет вручить лично господину Тодоровичу.

Маткович. Пригласите ее сюда!

Лакей уходит, пропуская Mapишку.

Ба! Маришка?! Какая неожиданность!

Маришка. Господа послали письмо с лакеем. Но я упросила его отдать письмо мне. Хотела передать сама.

Маткович (берет письмо и вскрывает). Так и есть, приглашение на чай. Но почему вы принесли его?

Маришка. А я теперь служу у господина председателя клуба.

Маткович. Ах, вот оно что. Не знал.

Маришка. Скажите мне, господин Маткович, Жан что, специально от меня прячется? Я его уже пять дней не видела.

Маткович. Понимаете, Маришка… Он теперь очень занят.

Маришка. Понимаю, он теперь очень богат. Я ему теперь не пара. Но ведь я его любила, когда он был беден. Мог бы он теперь хоть за это сказать мне: «Здравствуй»!

Маткович. Конечно, конечно! Но вы напрасно так думаете, Маришка. Он вас не забыл. Он очень часто вспоминает о вас. Но поймите сами, вы же умная девушка, он не забыл вас, но…

Маришка. Так он не забыл меня?

Маткович. Конечно, нет!

Маришка. Где же он? Неужели я не могу с ним поговорить? Я для того и взяла письмо у лакея, чтобы самой его ему передать и поговорить с ним.

Маткович. Он сейчас там, в комнате, но он занят… Очень занят. У него директор одного крупного банка. Они заняты финансовыми делами, их нельзя беспокоить. Вы понимаете, что такое финансовые дела? Особенно если дело касается больших сумм.

Маришка. Так, значит, я его и сейчас не увижу?

Маткович. Нельзя, Маришка. Но поверьте, он думает только о вас. Знаете, что он мне сегодня утром рассказал?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Том 2: Театр
Том 2: Театр

Трехтомник произведений Жана Кокто (1889–1963) весьма полно представит нашему читателю литературное творчество этой поистине уникальной фигуры западноевропейского искусства XX века: поэт и прозаик, драматург и сценарист, критик и теоретик искусства, разнообразнейший художник живописец, график, сценограф, карикатурист, создатель удивительных фресок, которому, казалось, было всё по плечу. Этот по-возрожденчески одаренный человек стал на долгие годы символом современного авангарда.Набрасывая некогда план своего Собрания сочинений, Жан Кокто, великий авангардист и пролагатель новых путей в искусстве XX века, обозначил многообразие видов творчества, которым отдал дань, одним и тем же словом — «поэзия»: «Поэзия романа», «Поэзия кино», «Поэзия театра»… Ключевое это слово, «поэзия», объединяет и три разнородные драматические произведения, включенные во второй том и представляющие такое необычное явление, как Театр Жана Кокто, на протяжении тридцати лет (с 20-х по 50-е годы) будораживший и ошеломлявший Париж и театральную Европу.Обращаясь к классической античной мифологии («Адская машина»), не раз использованным в литературе средневековым легендам и образам так называемого «Артуровского цикла» («Рыцари Круглого Стола») и, наконец, совершенно неожиданно — к приемам популярного и любимого публикой «бульварного театра» («Двуглавый орел»), Кокто, будто прикосновением волшебной палочки, умеет извлечь из всего поэзию, по-новому освещая привычное, преображая его в Красоту. Обращаясь к старым мифам и легендам, обряжая персонажи в старинные одежды, помещая их в экзотический антураж, он говорит о нашем времени, откликается на боль и конфликты современности.Все три пьесы Кокто на русском языке публикуются впервые, что, несомненно, будет интересно всем театралам и поклонникам творчества оригинальнейшего из лидеров французской литературы XX века.

Жан Кокто

Драматургия