Майкл сбился со счета, сколько раз он был избит надзирателями работного дома, сколько ночей просидел в холодном карцере, отмораживая ноги, но будто назло всем вокруг — он оставался жив. Оглядываясь назад, мальчишке сложно было поверить, как он смог выжить там в течение невыносимо долгих десяти лет. Все эти годы ему не давали забыть о том, что он грязный выродок, чья жизнь, скорей всего, оборвется где-нибудь на дне канавы. Что ему давно стоило бы сдохнуть от той тяжелой работы, что взваливали на него. Изо дня в день, с того момента, как мальчик хоть немного окреп физически, его заставили таскать уголь. С раннего утра и до поздней ночи он обливался потом и задыхался от копоти в тесном подвале. Его руки почти не отмывались от черноты, а легкие едва справлялись со своей работой, вызывая мучительные приступы кашля. Когда Майклу пошел шестнадцатый год, он почти успел смириться с тем, что здесь и закончится его жизнь. Он был сломан и унижен, а все его достоинство давно успели смешать с грязью, а потому, Майкл уже даже не пытался сбежать.
Однако, все изменилось в один холодный зимний день, который мальчишка запомнил на всю свою жизнь.
В большом зале, как обычно, проходил ранний завтрак для работников. С каждым годом их кормили все более скудно. Еды не хватало и многие люди валились с ног от усталости, за что их позже от души секла охрана. Майкл тихо доедал нечто жидкое и безвкусное, когда на пороге вдруг появился незнакомый человек. Высокий темноволосый мужчина с окладистой бородой и пронзительным взглядом карих глаз. Его одежда явно была пошита из самой дорогой ткани, которую только могли найти в Лондоне. Непонятно, что он вообще мог делать в этом богом забытом месте. Рядом с ним шел мистер Грин, один из руководства работного дома и заискивающе кланялся неизвестному гостю. Они о чем-то негромко переговаривались, но Майкл не мог разобрать слов.
Вальяжно проходя между длинными рядами столов, мужчина остановился напротив парня. Майкл чувствовал на себе его взгляд, но не решался посмотреть в ответ. Почти ежедневная порка кнутом приучила его лишний раз не отсвечивать.
Загадочный незнакомец медленно разглядывал его почерневшие от угля руки и грязные вьющиеся волосы, что заслоняли его худое, изможденное лицо.
— Ты Майкл Лэнгдон? — спросил он с легкой насмешкой.
Парень медленно посмотрел на мужчину исподлобья.
— Да.
Он уже давно отвык от звука собственного имени. Здесь его чаще всего называли или ублюдок или урод или как-нибудь еще, на что хватало фантазии у охраны.
Майкл ждал, что скажет ему незнакомец, но тот лишь странно улыбнулся в ответ.
Парень озадаченно смотрел в спину мужчины, что медленно удалялся от него, продолжая слушать болтовню мистера Грина.
…
После очередного тяжелого дня, Майкл вышел из угольной на ватных ногах. Он хватался рукой за стену, оставляя на ней черные следы от своих пальцев.
— Тебе еще не надоело здесь сидеть? — раздался за спиной уже знакомый насмехающийся голос.
Парень обернулся, глядя на мужчину, что стоял позади него и внимательно наблюдал за каждым его движением.
— А у меня что, есть выбор? — спросил Майкл снова закашлявшись от угольный пыли, что не хотела оставлять его легкие в покое.
— Допустим, что есть, — улыбнулся мужчина, подходя ближе, — и что же ты тогда станешь с ним делать?
Майкл растерянно смотрел на человека, что явно чего-то от него ждал.
— Кто вы? — спросил он, наконец.
— Тот, кто может тебе помочь, — ответил мужчина, склонив голову набок, — но лишь при условии, если ты пройдешь мою проверку.
Парень с отвращением скривился. Слышал он уже о таком. Обычно подобные господа приходили в работный дом за более юными мальчиками и забирали их с собой для целей, о которых несложно было догадаться.
Мужчина расхохотался, словно прочитав его мысли.
— Я не собираюсь делать из тебя чью-то шлюху, — сказал он, все еще продолжая смеяться, — поверь мне, мальчик, ты способен на большее.
— Чего вам от меня нужно? — спросил Майкл начиная выходить из себя. Это было странно, он уже не мог вспомнить, когда в последний раз пытался кому-то дерзить.
— Докажи мне, что ты тот, кто мне нужен, — ответил мужчина блеснув глазами, — и ты больше никогда и ни в чем не будешь нуждаться.
Майкл все еще не верил ни единому слову незнакомца, хотя капля надежды, что еще как-то умудрялась выжить в его душе за эти годы, отчаянно хотела ему верить.
— Что бы ты хотел сделать с теми, кто издевался над тобой все эти десять лет, Майкл? — тихо спросил мужчина.
Парень вздрогнул и опустил взгляд в пол.
— Не бойся, мой мальчик, — мягко добавил мужчина, касаясь его впалой щеки, — я знаю, о ненависти в твоем сердце, вижу ее в твоих глазах и не хочу, чтобы ты ее сдерживал.
Майкла сильно трясло. Он понимал, о чем ему хочет сказать человек, и это его пугало.
Парень хотел что-то ответить, но когда поднял взгляд, увидел, что мужчина куда-то исчез. Майкл тяжело дышал и чувствовал, как из его глаз покатились слезы. Удивительно, как за все это время он еще не разучился плакать.