Во время этого короткого и малосодержательного разговора рукав немного съезжает вниз, и я замечаю большой лиловый синяк на запястье. Эмили тут же поправляет кофту, резко встаёт и уходит. Я же анализирую увиденное, и делаю вполне закономерный вывод, что синяк явно не один. Похоже, кто-то систематически её поколачивает. Не потому ли она постоянно такая грустная, и носит закрытую одежду? Руку готов дать на отсечение, что именно поэтому. Домой после уроков идти не торопится, а вместо этого предпочитает сидеть на крыше. Не родной ли дядюшка довёл её до такого состояния? И если над Эмили издевается именно Энтони, то ограничивается ли всё одним лишь избиением? Жизнь под одной крышей со своим угнетателем явно не сахар. Представляю как это паршиво, когда тебе некуда пойти и не к кому обратиться за помощью. Может быть, в Бостоне у Эмили были какие-то друзья или подруги, но здесь у неё никого нет. Кроме единственного опекуна, при разговоре с которым у девчонки дрожат губы. Мне не столько жаль Эмили, сколько любопытно узнать, насколько я прав в своих догадках. Чтобы проверить это, начинаю более внимательно присматриваться к новенькой.
Ещё пару дней я наблюдаю за Эмили в школе, но ничего интересного не замечаю. Она всё так же отвечает на уроках, стойко игнорирует всех, кто пытается к ней прицепиться, а после окончания занятий уходит немного посидеть на крыше. Проследив за Эмили до дома, выясняю, что девчонка живёт в пригороде, в одном из самых спокойных районов. Наведываюсь в гости вечером, после того как на улице стемнело. Убедившись, что по ту сторону меня не ожидает голодная злая собака, перелезаю через забор, и подбегаю к дому. Заглянув в окно гостиной, становлюсь свидетелем семейной ссоры. Разгневанный Энтони орёт на свою племянницу, и в какой-то момент сильно бьёт её по щеке. Эмили дёргается от удара, и убегает из гостиной, но недобрый дядюшка незамедлительно следует за ней.