Читаем Москва изнутри. Роскошные интерьеры и архитектурные истории полностью

Обитель основана великой княгиней Елизаветой Федоровной, вдовой убитого в 1905 году генерал-губернатора Москвы великого князя Сергея Александровича. Княгиня продала часть своих драгоценностей, приобрела купеческую усадьбу и на этом месте создала Марфо-Мариинскую обитель.

Для разработки проекта пригласили архитектора Алексея Щусева. Щусев с детства хорошо рисовал и всегда хотел стать архитектором, он окончил Высшее художественное училище Императорской Академии художеств в Санкт-Петербурге, учился у Григория Котова, Леонтия Бенуа, Ильи Репина и Архипа Куинджи. Получив Большую золотую медаль за дипломный проект, Щусев уехал учиться за границу, где провел два года, изучая архитектуру в Европе и Азии. Разностороннее образование зодчего повлияло на дальнейшее творчество Щусева, который возводил свои проекты в абсолютно разных стилях: от неорусского до конструктивизма.



Начиная с 1903 года зодчий реставрирует и строит новые храмы, получив к 1908 году богатый опыт работы в храмовой архитектуре.

Белоснежный собор, напоминающий нам постройки Пскова или Новгорода XII–XIV веков, выстроен в неорусском стиле с элементами модерна. Каждый фасад оформлен по-разному, с большим вкусом и мастерством.

Декоративные вставки из резного белого камня напоминают декор на фасаде церкви в Юрьеве-Польском. Длинные и узкие окна закрыты решётками с растительными мотивами. В кладку храма вделаны резные кресты, выполненные Сергеем Коненковым, мастером романтичной сказочной скульптуры. С запада находятся две звонницы, каждая из которых увенчана вытянутой главой. На западном фасаде мы видим мозаичную икону Спаса Нерукотворного, выполненную известным художником Михаилом Нестеровым. Он же расписал и храм внутри, создав несколько композиций, самая значительная из которых – «Путь ко Христу».

Казанский вокзал (ВИП-зал), Комсомольская пл.

Здание Казанского вокзала построено также по проекту Алексея Щусева. Строительство началось в 1912 году. Щусев строит вокзал со множеством башенок и теремов, у него получается настоящий «сказочный город». В углу архитектор располагает самую главную башню всего «сказочного городка» вокзала. У жителя Казани она вызывает ассоциации с башней Сююмбике в Казанском Кремле, москвич увидит в ней сходство с Боровицкой башней Московского Кремля. В создании интерьеров вокзала участвовали Рерих, Бенуа, Лансере, Серебрякова и другие. Обязательно зайдите в ВИП-зал ожидания вокзала – этот зал похож на шикарный бальный зал во дворце. Он огромен, его свод богато декорирован лепниной и росписью под стиль московского барокко.



Недостроенный вокзал начал работать в 1919 году, но строительные работы с перерывами продолжались вплоть до 1940 года.

Дача Левенсона, или Домик-теремок, Чоботовский пр., д. 4, стр. 1

Дача Левенсона – единственный деревянный дом Федора Шехтеля, сохранившийся до наших дней.

Этот красочный теремок выстроен в самом начале XX столетия для известного книгоиздателя Александра Левенсона. Тогда же Федор Осипович построил для Левенсона и первую московскую скоропечатню в стиле модерн.

Дача, спроектированная зодчим в неорусском стиле, построена на природе в живописной лесной местности в деревне Переделкино. Я там проводила все летние каникулы, но дома за высоким забором не видела, да о нем никто и не знал.

В начале XX века Шехтель также сооружает деревянные павильоны для Русского отдела на международной выставке в Глазго, а чуть позже участвует в строительстве Ярославского вокзала. По форме вокзал напоминает наш домик-теремок, но в увеличенном размере: высокая башня слева, главное здание с удлиненной крышей посередине и более низкая пристройка справа.



Фасады дачи, резные наличники, росписи, окна разных форм и даже сказочная птица на крыше – все выполнено Шехтелем в исконно русских традициях, в будущем сформировавшихся в стиль «романтический модерн». Внутри сохранился оригинальный камин Шехтеля, напоминающий по форме русскую печь. Камин выложен изразцами, покрытыми глазурью, которые переливаются разнообразными оттенками. Росписи, деревянная лестница на второй этаж и оформление потолков были частично воссозданы во время реставрации.



В советское время дачу превратили в общежитие. Там, как в известной русской сказке «Теремок», одновременно обитали от 8 до 12 семей. Люди жили и даже не представляли, кто построил этот дом и что в XXI веке теремок станет объектом культурного наследия страны…

Сегодня на дачу Левенсона можно попасть в Дни наследия.

Дом Перцовой (Управделами дипкорпуса), Курсовой пер., д. 1

Перейти на страницу:

Похожие книги

Обри Бердслей
Обри Бердслей

Обри Бердслей – один из самых известных в мире художников-графиков, поэт и музыкант. В каждой из этих своих индивидуальных сущностей он был необычайно одарен, а в первой оказался уникален. Это стало ясно уже тогда, когда Бердслей создал свои первые работы, благодаря которым молодой художник стал одним из основателей стиля модерн и первым, кто с высочайшими творческими стандартами подошел к оформлению периодических печатных изданий, афиш и плакатов. Он был эстетом в творчестве и в жизни. Все три пары эстетических категорий – прекрасное и безобразное, возвышенное и низменное, трагическое и комическое – нашли отражение в том, как Бердслей рисовал, и в том, как он жил. Во всем интуитивно элегантный, он принес в декоративное искусство новую энергию и предложил зрителям заглянуть в запретный мир еще трех «э» – эстетики, эклектики и эротики.

Мэттью Стерджис

Мировая художественная культура
Сезанн. Жизнь
Сезанн. Жизнь

Одна из ключевых фигур искусства XX века, Поль Сезанн уже при жизни превратился в легенду. Его биография обросла мифами, а творчество – спекуляциями психоаналитиков. Алекс Данчев с профессионализмом реставратора удаляет многочисленные наслоения, открывая подлинного человека и творца – тонкого, умного, образованного, глубоко укорененного в классической традиции и сумевшего ее переосмыслить. Бескомпромиссность и абсолютное бескорыстие сделали Сезанна образцом для подражания, вдохновителем многих поколений художников. На страницах книги автор предоставляет слово самому художнику и людям из его окружения – друзьям и врагам, наставникам и последователям, – а также столпам современной культуры, избравшим Поля Сезанна эталоном, мессией, талисманом. Матисс, Гоген, Пикассо, Рильке, Беккет и Хайдеггер раскрывают секрет гипнотического влияния, которое Сезанн оказал на искусство XX века, раз и навсегда изменив наше видение мира.

Алекс Данчев

Мировая художественная культура
Миф. Греческие мифы в пересказе
Миф. Греческие мифы в пересказе

Кто-то спросит, дескать, зачем нам очередное переложение греческих мифов и сказаний? Во-первых, старые истории живут в пересказах, то есть не каменеют и не превращаются в догму. Во-вторых, греческая мифология богата на материал, который вплоть до второй половины ХХ века даже у воспевателей античности — художников, скульпторов, поэтов — порой вызывал девичью стыдливость. Сейчас наконец пришло время по-взрослому, с интересом и здорóво воспринимать мифы древних греков — без купюр и отведенных в сторону глаз. И кому, как не Стивену Фраю, сделать это? В-третьих, Фрай вовсе не пытается толковать пересказываемые им истории. И не потому, что у него нет мнения о них, — он просто честно пересказывает, а копаться в смыслах предоставляет антропологам и философам. В-четвертых, да, все эти сюжеты можно найти в сотнях книг, посвященных Древней Греции. Но Фрай заново составляет из них букет, его книга — это своего рода икебана. На цветы, ветки, палки и вазы можно глядеть в цветочном магазине по отдельности, но человечество по-прежнему составляет и покупает букеты. Читать эту книгу, помимо очевидной развлекательной и отдыхательной ценности, стоит и ради того, чтобы стряхнуть пыль с детских воспоминаний о Куне и его «Легендах и мифах Древней Греции», привести в порядок фамильные древа богов и героев, наверняка давно перепутавшиеся у вас в голове, а также вспомнить мифогенную географию Греции: где что находилось, кто куда бегал и где прятался. Книга Фрая — это прекрасный способ попасть в Древнюю Грецию, а заодно и как следует повеселиться: стиль Фрая — неизменная гарантия настоящего читательского приключения.

Стивен Фрай

Мировая художественная культура / Проза / Проза прочее