Читаем На земле Лешуконской. Стихи полностью

Успеть на работу, прикинуть все, взвесить.

Начальница строгая, фрау-мадам!


Ноль восемь и девять совсем старый красный

И красная «Нива» ноль восемь и семь

Тихонечко едут и это прекрасно,

От этого хуже не будет совсем!


Сто три – водовозка снует деловито,

Шестьсот три – «буханка» пылит взад-вперед,

Пятьсот пятьдесят завывает сердито.

Кто знает, куда их судьба занесет?


Двухсотый УАЗик мелькает все утро.

Смешно, но ему быть таким до конца.

«Двухсотый» – звучит как-то вяло, понуро,

На номере тлен и из шлака пыльца.


Проносятся сонно куда-то машины,

Мельком показав всем свои номера,

И тихо стихает шуршанье резины

Вдали, там, где всходит над лесом луна!


07.2005.

9 марта


До нас бывало поколений,

Имели всё: любовь, грехи.

По жизни я никто, не гений,

Я, лишь, могу верстать стихи.


Похмелье, утро, март, морозит,

Нутро горит хмельным огнём.

Какой нас бес и леший носит

Восьмого на «Оке» втроём?


И, вроде бы, не наш сей праздник,

8 марта – женский день.

Но есть в селе один проказник,

И навестить его не лень.


8 марта в день рожденья,

Сам Палкин в гости пригласил.

Среда совсем не воскресенье,

А отказаться нету сил.


Мы поздравляли юбиляра

Весь вечер в этот женский день.

Наутро сушь, пустая тара,

Девятое, работать лень.


Здоровья нет, а дел навалом,

Гудит с похмелья голова.

Всегда восьмое, лишь, начало,

Девятого у всех дела.


Девятое день пробужденья,

День забытья от всех хлопот.

А дамы – символ вдохновенья,

В упряжке будничных забот.


Морозный март вступает дальше

В свои весенние права.

О дамах вспомним мы не раньше,

Как прояснится голова!


03.2006.

Деревенский этюд


Мужик деревенский привычен к работе,

И дел непомерно по дому с утра,

С похмелья бывает поближе к субботе,

Тогда, уж конечно, болит голова.


С утра, спозаранку, затопит он баньку,

Наколет смолистых сухих мелких дров,

На пастбище выгонит пеструю Маньку,

Дела быстро сделал и завтрак готов.


Тепло русской печки – источник уюта,

Жена на ногах, как забрезжит рассвет,

Наварит, напарит, стол – кладезь приюта,

А там и луч солнца протянет привет.


И дети, как дети, спят утром по лавкам,

Все семеро спят, радость в доме Левше,

Сон крепкий, спокойный, сопит малый Славка,

Тепло и уют в его малой душе.


Свинарник захрюкал нутром, ждет кормежку,

Кроли в ожидании сена, питья.

Парным молоком пахнет в доме немножко,

Дровами, теплом и достатком жилья.


Мужик перестал колотить за стеною,

В дом запах росы, трав и сена принес,

Стал тихо будить он детишек игрою:

Травинка тихонько щекочет всем нос.


День новый набрал, показал свою силу,

Хозяйство не терпит простоя, потех.

Почувствует время мужицкую жилу,

Дела даст закончить и будет успех!


12.2005.

Дым


«Ребята, предстоит работа», -

К десантникам летнаб зашел.

Хоть и была с утра суббота,

Народ весь встал, к дверям пошел.


Взлетели на закате полдня,

Гудит сноровисто мотор.

День ясный, солнечный сегодня,

Горит сухой Вожгорский бор.


Помощник-дождь не любит капать,

Когда июльская жара.

Огонь готов гектары сцапать,

Кострище выдать на гора.


Дым застилает поле боя,

Висит над лесом пеленой,

Висит среди дневного зноя,

А где пожар, стоит стеной.


Парашютисты деловито

Нырнули в ядовитый дым.

Гнездо для боя сразу свито,

Почувствовал огонь нажим.


Недолго он сопротивлялся

И извивался, как налим.

Горелый бор стоять остался,

Десанту снова завтра в дым.


02.2005.

Едома

Потерялась Вызя-речка

За кустами ивняка.

Конь стоит, на нём уздечка,

Виден конь издалека.

Семь дворов жилых в деревне,

Семь – не летом, а зимой.

Для гостей обычай древний –

Принимают на постой.

Летом люди приезжают

Погостить и отдохнуть.

Знает гость – здесь уважают

И дают всегда вздремнуть.

Не мешает телевизор,

Свету нет – не почитать,

Темень сверху и до низа,

В темноте легко скучать.

И обед варить не надо,

Чай при лампе иль свече,

В самоваре чай – отрада,

И намного горячей.

Не едины мы, однако,

И мытарства не для всех.

Электричество – бич мрака.

Стариков не чтить нам – грех!

Семь дворов во тьме вселенской,

И видна с пригорка ДЭС.

В жизни нашей деревенской

Не велик пока прогресс!


09.2007.

Женский день

Красоте в этот день преподносят цветы,

Говорят комплименты и громко тосты.

Женский праздник сегодня весенний, друзья,

Женщин снова поздравят коллеги, семья!


Утром рано восьмого девчонки не спят,

Раскраснеются щёки румянцем, горят.

В этот праздник весенний смешная капель

Говорит, что весна и наступит апрель.


Мир волшебный без женщин никак не открыть,

Им всё царство и мир, и покой подарить,

Возвеличить, лелеять и мать, и дитя.

Всё сегодня, сейчас, не когда-то спустя.


Для любимой мужчины готовы всегда

Бить врага, песни петь, возводить города.

Я тебе, дорогая, звезду подарю,

Покажу Север Крайний и в тундре зарю.


02.2010.

Забытая Усть-Чуласа





В глуши стоит Усть-Чуласа,

Белым-бело вокруг поселка,

Всего одна там улица,

А дальше лес: сосна да елка.


Забытый и заброшенный,

Во тьме стоит очаг культуры,

А трубы заморожены.

Кто в этом виноват, в натуре?


Век бурной информации,

Страна в начале самом века.

Нет средств в администрации,

Нет средств в тайге для человека.


Забор лежит поваленный,

Детишкам недоступны книжки,

Деревьев очень много, залежи,

А пилят только на дровишки.


Исчез тихонько Леспромхоз,

В цеху ржавеет пилорама,

Перейти на страницу:

Похожие книги

Земля предков
Земля предков

Высадившись на территории Центральной Америки, карфагеняне сталкиваются с цивилизацией ольмеков. Из экспедиционного флота финикийцев до берега добралось лишь три корабля, два из которых вскоре потерпели крушение. Выстроив из обломков крепость и оставив одну квинкерему под охраной на берегу, карфагенские разведчики, которых ведет Федор Чайка, продвигаются в глубь материка. Вскоре посланцы Ганнибала обнаруживают огромный город, жители которого поклоняются ягуару. Этот город богат золотом и грандиозными храмами, а его армия многочисленна.На подступах происходит несколько яростных сражений с воинами ягуара, в результате которых почти все карфагеняне из передового отряда гибнут. Федор Чайка, Леха Ларин и еще несколько финикийских бойцов захвачены в плен и должны быть принесены в жертву местным богам на одной из пирамид древнего города. Однако им чудом удается бежать. Уходя от преследования, беглецы встречают армию другого племени и вновь попадают в плен. Финикийцев уводят с побережья залива в глубь горной территории, но они не теряют надежду вновь бежать и разыскать свой последний корабль, чтобы вернуться домой.

Александр Владимирович Мазин , Александр Дмитриевич Прозоров , Александр Прозоров , Алексей Живой , Алексей Миронов , Виктор Геннадьевич Смирнов

Фантастика / Поэзия / Исторические приключения / Альтернативная история / Попаданцы / Стихи и поэзия
Полет Жирафа
Полет Жирафа

Феликс Кривин — давно признанный мастер сатирической миниатюры. Настолько признанный, что в современной «Антологии Сатиры и Юмора России XX века» ему отведён 18-й том (Москва, 2005). Почему не первый (или хотя бы третий!) — проблема хронологии. (Не подумайте невзначай, что помешала злосчастная пятая графа в анкете!).Наш человек пробился даже в Москве. Даже при том, что сатириков не любят повсеместно. Даже таких гуманных, как наш. Даже на расстоянии. А живёт он от Москвы далековато — в Израиле, но издавать свои книги предпочитает на исторической родине — в Ужгороде, где у него репутация сатирика № 1.На берегу Ужа (речка) он произрастал как юморист, оттачивая своё мастерство, позаимствованное у древнего Эзопа-баснописца. Отсюда по редакциям журналов и газет бывшего Советского Союза пулял свои сатиры — короткие и ещё короче, в стихах и прозе, юморные и саркастические, слегка грустные и смешные до слёз — но всегда мудрые и поучительные. Здесь к нему пришла заслуженная слава и всесоюзная популярность. И не только! Его читали на польском, словацком, хорватском, венгерском, немецком, английском, болгарском, финском, эстонском, латышском, армянском, испанском, чешском языках. А ещё на иврите, хинди, пенджаби, на тамильском и даже на экзотическом эсперанто! И это тот случай, когда славы было так много, что она, словно дрожжевое тесто, покинула пределы кабинета автора по улице Льва Толстого и заполонила собою весь Ужгород, наградив его репутацией одного из форпостов юмора.

Феликс Давидович Кривин

Поэзия / Проза / Юмор / Юмористическая проза / Современная проза