Читаем Начало конца полностью

– Стой, я здесь, – негромко окликнул его Витала и прислушался к звукам на улице. В домах напротив парка люди слышали если не весь шум, то выстрелы точно. Но там сейчас была подозрительная тишина, как будто все дружно забежали со дворов по домам и.стали вызывать милицию.

– Ты видал?! Я попал в одного! – возбуждённо говорил Родя, подойдя. – И в стекло попал в первой тачке! Слышал, как оно осыпалось?!

– Молодец, Родя, – похвалил Витала и пошёл в сторону дыры в заборе. – Только тише. Сваливаем отсюда. На пушку, ты в общагу иди.

– Всё, она моя? – спросил Родя дрожащим от волнения голосом, беря пистолет. Видно было, что волновался он не от того, что только что сделал, а от такого подарка.

– Твоя, твоя, – похлопал его по плечу Витала. – Смотри только, там патрон в стволе. Ну всё, давай, расходимся. Завтра приду.

Довольный и благодарный Родя крепко пожал руку Виталы и перебежал через дорогу. А Витала отправился назад, через парк и интернат в видеосалон. На самом деле он очень жалел о своём подарке. Так пострелять издалека мог бы и он сам, уж точно успел бы выхватить ТТшник, когда тот парень начал на него нападать ещё издалека, а остальные были ещё дальше. Но кто же мог знать, что эти парни вообще не разговаривают, или говорят только тогда, когда уже изобьют, как в прошлый раз? Теперь оставалось только надеяться, что они если не услышали, то хотя бы поняли, почему в них начали стрелять.

Возле общаги стояли и курили химку Кравец с Доном. Когда Витала подошёл, они сразу протянули ему пятку и Дон сказал:

– Тебя тут пацан какой-то ждёт, говорит, вы вместе в футбол играли.

Витала молча сделал пару хапок, думая, кто бы это мог быть. И вдруг вспомнив про Валька, сразу отдал пятку и пошёл в общагу.

– Ну подожди, Витала, – окликнул его Кравец. – Чё там на стрелке, ты хоть скажи?

– А я откуда знаю. Я ж говорил вчера, не пойдём ни на какую стрелку. На х…й они нам нужны? – ответил Витала и зашёл в фойе, оставив пацанов с открытыми ртами. В кого там попал Родя и как сильно было неясно, поэтому Витала решил помалкивать об этом.

В фойе никого не было, а вахтёрша сказала, что все в видеосалоне. Витала прошёл туда и, открыв своим ключом, сразу же на пороге увидел Валька. Он стоял, так как свободных мест не было, и смотрел мультики перед началом сеанса.

– Какие люди у нас в гостях, – хлопнул его по плечу Витала, и Валёк, вздрогнув от неожиданности, обернулся.

При появлении Виталы все пацаны, сидящие на последнем ряду, потянулись к нему. Сам хозяин салона Паха тоже что-то сказал роману и подошёл.

– Пойдём ко мне, а то щас фильм тут начнётся, не будем мешать, – сказал Вальку Витала и вышел в коридор. Все остальные тоже вышли за ним.

– Так это твой друг, Виталь? – спросил Паха в коридоре.

– Да. А чё?

– Да не-не, всё в порядке тогда. А то зашёл просто, денег не платил и говорит, что твой друг. А никто из пацанов его не знает…

– Ну вот теперь и ты знай, что это наш человек, – строго сказал Витала. – А то даже места для него не нашлось… Смотрю, народ пошёл, полный зал. Всё нормально?

– Да-да, всё хорошо, – заискивающе ответил Паха. – Это последний сеанс, деньги я уже отдал Лёхе.

Лёс демонстративно похлопал себя по карману.

– Ну всё нормально тогда, можешь домой идти, Рома без тебя тут докрутит, – по-хозяйски сказал Витала, емонстрируя перед Вальком свою власть над хозяином заведения.

– Да я кино посмотрю тоже, сам не видел ещё его, только кассету взял, – ответил Паха и, заходя обратно в салон, спросил у остальных пацанов: – Вы смотреть будете? А то мы включаем уже.

– Чё, Витала, дела есть ещё какие? – спросил Лёс.

– Да не, на сегодня всё, – начальственным тоном ответил Витала, играя перед Вальком. – Отдыхайте, кино смотрите. Завтра в одиннадцать встречаемся на автовокзале.

– Ну давай тогда, до завтра, – попрощались пацаны и стали заходить обратно в салон.

– Слава, а ты меня проводи сначала, потом придёшь, – сказал Витала, когда Болото уже хотел тоже с ним попрощаться.

Они пошли в соседнюю педовскую общагу. Боковым зрением Витала всё время наблюдал за реакцией Валька и видел, что он немало удивлён. Пацана, которого Валёк знал как обычного полузащитника обычной футбольной команды, слушается хозяин видеосалона и довольно внушительного вида парни. А Витала наслаждался производимым впечатлением на старого друга и думал, что сейчас в общаге его ещё чем-нибудь удивит., Например, покажет ему, как его уважает и боится контингент общаги. А по пути, пока наставлял Славу о том, как они будут крутить напёрстки, хотя до выходных ещё была целая неделя. Слава, естественно, не понял, что Витала просто выпендривается перед другом, и спросил, когда уже провёл их в общагу:

– Мы чё, завтра пойдём, что ли? В будние дни ж мало народу на балке…

– Разберёмся, – пафосно ответил Витала и сказал, – ну ладно. Можешь идти.

Слава ушёл, а Валёк смотрел на друга с восхищением. Тут ещё и к ним подошла девушка, жившая на одном этаже с бывшей подружкой Виталы, и сказала чуть не плача:

– Виталь, у нас деньги украли, пацаны местные. Мы знаем кто, помоги, пожалуйста. Последние деньги у нас, нам жить…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука