Читаем Найди себя полностью

– Я не смогу изменить ситуацию, я не смогу. Звучит как приговор. А потом всю жизнь буду жалеть, что бросила, не закончила дело до конца, а вернуться уже не получится, что мне тогда прикажешь делать?

– Тогда не бросай.

– Мммм, отлично, ты хотя бы определись, какой именно совет даешь. Не бросить не могу, тоже причины, особенно очень трудно противостоять общему мнению, которое тебя яростно убеждает в том, что тебе это во все не надо, ну, не пригодится в жизни, что нужно заняться еще чем-то, другим. Но там моя вторая семья, столько всего связано, да, может быть, слезы, поражения, но и много чего другого, что мне только помогло в других делах.

– Не стоит обращать внимание на чужое мнение, ведь жизнь твоя, тебе решать.

– Ты прав, но ведь… – она замолчала, подняла голову и внимательно посмотрела в карие глаза С.

– Давай вместе подумаем, как поступить.

– Ах, я уже настолько себя измучила этим вопросом, столько за и против.

– Хорошо, давай тогда так, ты еще попробуешь позаниматься этим делом, почувствуй, ощути, надо ли тебе это или нет. Ведь второго шанса уже не будет. Тогда после, поговорим об этом еще. А теперь нацепи, как ты говоришь маску, точнее просто улыбнись, – М. постаралась это сделать, но улыбка получилось какая-то грустная, С. поморщился, но все же закончил, – ладно, начнем с этого. А теперь действительно забудь про эту историю, сейчас ты ничего не можешь сделать, она лишь разъедает тебя изнутри. Пойдем к остальным.

С. встал с кровати и подал руку М., она легко спрыгнула с нее и уже улыбнулась так, что С. не удержался и его уголки губ тоже расплылись в улыбке.


Смазку получает то колесо, которое скрипит больше всех.

– Привет, – проговорил С., подходя к М.

– Привет, – устало произнесла девочка, ее волосы, некогда собранные в аккуратную косичку, развивались на ветру.

– Как тренировка прошла? – поинтересовался он.

– Да все хорошо, в общем, работали в парах, у меня как обычно ничего не получалось, после уже раза десятого вышло, отдаленно напоминавшее нужное. Потом снова пропасть, ничего не выходит, тогда парень отпускает и спрашивает: «А что случилось? Ты устала или боишься?». Я стою и не могу ответить, вроде да, а вроде нет, а признаться не могу. Он посмотрел на меня: «У тебя настроение испортилось, это из-за этого? Давай, развеселись так, как было, может быть, в этом дело». Развеселиться? Вдруг у меня в голове проносится ясная картинка того, что происходило до начала тренировки, мы сидели в раздевалке, смеялись, смеялись… а над чем мы смеялись? Я уже не припомню, по-моему, это были какие-то припадки смеха, объяснить которые я не могу. Да, так с мальчиками не получается, только девочки способны безудержно угорать, при этом не издавая ни звука, вспомнить что-то смешное или забавное и, не сказав никому об этом, начать складываться по полам от смеха. Ха, если бы на нас в тот момент посмотрел кто-нибудь со стороны, то наверняка принял за сумасшедших… конечно, у меня было хорошее настроение, но теперь… оно исчезло и только некоторые сладостные моменты в моей памяти могут заставить меня улыбнуться, но не более. Мои уголки губ поднялись, и я взглянула на парнишку, который ждал от меня результатов, и готов был повторять со мной одно и то же упражнение по тысячу раз, лишь бы оно получилось, тогда это будет победа, маленькая, но победа нас двоих.

Все, настроение немного улучшилось. Он проговорил: «Готова?». Готова ли я? Нет, конечно, нет, мне страшно, я боюсь, но не смею в этом признаться открыто, поэтому ничего не отвечаю ему. Бросок. Да! Получилось, не уже ли это свершилось? А что я сделала для этого? Эм, я даже не знаю, не почувствовала, а может быть, и правда все зависит от настроения и настроя? Ох, все возможно. Следующий подход. И снова те же слова: «Готова?». На этот раз я решила ответить честно: «Если я скажу «нет» то, что будет?» «Ничего не изменится». «Тогда я буду просто молчать, потому что я никогда не готова». «Хорошо». И мы все делали, делали, пока нам не сказали «стоп», да у нас не всегда получалось, но ведь главное то, что мы старались, а тренировка и постоянное повторение делает невозможное, и то о чем ты раньше и думать не смел, сейчас ты выполняешь с легкостью и удивляешься своим результатам.

– Насыщенно, – отозвался С., который шел все это время рядом и молчал, погруженный в свои мысли. «Как много я бы отдал, чтобы стоять на месте того парня и чтобы не он, а я подбадривал и помогал М.. Обидно, что я этого не могу сделать, я слабее, как душевно, так и физически, нужно воспитывать себя, переламывать, только тогда ты достигнешь вершин».

А ветер все также теребил волосы на ветру и это были последние теплые дни, когда можно было просто так идти по улице, не боясь сырости, слякоти и мерзкой погоды, которая поливала душу холодным дождем с темно-серым фоном вокруг.


Если люди не научатся помогать друг другу, то род человеческий исчезнет с лица земли

Конец тренировки, скоро домой…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Георгий Фёдорович Коваленко , Коллектив авторов , Мария Терентьевна Майстровская , Протоиерей Николай Чернокрак , Сергей Николаевич Федунов , Татьяна Леонидовна Астраханцева , Юрий Ростиславович Савельев

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее