Первый ответ: БЛИЖЕ К ДЕТСТВУ. Там, в детстве, коренятся следы тех времен и тех чувств, которые оказались зажатыми, запрещенными. Вспоминая себя обстоятельно, можно до этих корешков добраться, даже рассматривая свои детские фотографии, можно найти себя в этом времени и, может быть, очень близко соседствующем предыдущем, когда внутри все еще было свободно. И можно в эту свободу заново окунуться, сосредоточившись на самых хороших воспоминаниях детства. Веселая беготня где-нибудь на полянке…
А еще вернуться в свободу детства помогает наблюдение за детьми, игра с ними, как можно более простая и самозабвенная… Это тоже трудно?
Да, может оказаться, что и поиграть с ребенком немыслимо трудно. Можно прибегнуть к облегчительным приемам — присесть, допустим, на корточки или встать на четвереньки вместе с детьми: тут же исчезнет и пространственно-ростовая, и психологически-ролевая дистанция между вами и детством, попробуйте!.. Валяться, возиться с детишками, дурачиться, забыв о взрослых условностях и сомнительных приличиях…
Тут мы подошли и ко второму ответу. Он вот: БЛИЖЕ К ТЕЛУ. Так, кстати, и книга моя одна называется — о тонопластике, приемах самоосвобождения через работу с телом. Повторяться не буду, достаточно этой наводки. Через тонопластику можно легко добраться уже до конкретных зажимов на уровне тела, в которые спроецировались зажимы душевные. Это как раз те замки, отперев которые можно научиться чувствовать заново. Итак:
БЛИЖЕ К ТЕЛУ + БЛИЖЕ К ДЕТСТВУ = БЛИЖЕ К СЧАСТЬЮ.
Смелее!..
Тесты
Заслуживают ли доверия психологические тесты?
Вопрос «НАСКОЛЬКО можно доверять» по отношению к психологическому тесту не вполне адекватен. Если бы вы спросили: «МОЖНО ли доверять тесту Люшера — да или нет?» — я ответил бы: да, можно, конечно, ОДНАКО…
В это ОДНАКО вложилась бы та неопределенность, та, точней, МНОГОопределенность, неоднозначность, которая психологическому тесту всегда присуща. Это ведь не тест на беременность — есть или нет. Психологические тесты, по крайней мере, те, с которыми знаком я, дают только наводящие, вероятностные ответы, и оценивать степень их достоверности, решать, полагаться на них или нет, можно лишь в сочетании с другими методами исследования: с наблюдением поведения, интроспекцией, естественным экспериментом… Доверяя психологическому тесту, всегда рискуем, а насколько именно, показывает только обратная связь от жизни.
Удача
Почему желать удачи опасно?
В тексте моей книги, из которой почерпнуто это утверждение, вы, похоже, не заметили иронической интонации.
Если бы это было так уж опасно, люди не желали бы удачи друг другу на каждом шагу. Разговоришься с водителем пойманной легковушки, он тебе напоследок: «Удачи!» И ты ему: «Удачи!» — и вроде ничего страшного не происходит…
Слово «удача» в таких случаях просто знак доброго отношения. Ведь и когда мы говорим «спасибо», мы не вспоминаем, что это в первоначальном смысле означает «спаси Бог», слово снизилось до обыденности, до знака благодарности или простой вежливости.
Но в каждой шутке, как говорят, есть доля шутки…
Желать кому-либо удачи всерьез, нацеленно, я и в самом деле избегаю, чтобы не ставить — пусть даже только на словах — человека и события его жизни в зависимость от чего-то случайного и безличного; чтобы не зацикливать на результате желаемого события, не придавать ему сверхценности и не подвергать опасности разочарования… Не зря же издавна студентам перед экзаменам категорически запрещается желать удачи, успеха и чего бы то ни было хорошего, а можно желать только «ни пуха ни пера», да и то после этого надлежит послать это пожелание «к черту» и трижды плюнуть через левое плечо, в шутку, конечно. Хуже того: сдающего экзамен показано честить на чем свет стоит, пока он этот свой экзамен сдает. Говорят, помогает.
Ум
Никто не знает, что я дурак — что же такое ум?