Когда же деятельность индивида направлена на него самого и сиюминутно выполняет только его собственную биологическую задачу, общественно полезным его труд может быть в случае, если он осознал проблему экзистенциального страдания и связь общественного блага с персональным и развивает себя для более эффективного служения развитию общества. В этом смысле, когда современный капиталист путём принятия эффективных решений увеличивает свой капитал, даже если не принимать во внимание, что он своими решениями, как правило, усложняет множеству людей выполнение их биологической задачи, он всё ещё не совершает общественно полезного труда, потому что излишки этого капитала он использует для сверхпотребления и ещё большего угнетения ближних. Но когда в условиях капиталистических или других низкопродуктивных общественных отношений капитал накапливает человек нового типа, стремящийся к общественному благу, и он увеличивает его не ради сверхпотребления, а ради развития общества, и не за счёт своих идеологических союзников, а за счёт людей с низкоразвитым сознанием, которые тратят свободные ресурсы на развлечения, саморазрушение и угнетение ближних, такой труд следует считать общественно полезным, ибо он в конечном итоге ускоряет развитие общества.
При оценке влияния труда на общественное бытие также необходимо учитывать величину пользы или вреда, которые он приносит. К сожалению, в условиях множества факторов, влияющих на общественное бытие, не представляется возможным определить соотношение полезности того или иного труда столь же точно, как это можно сделать для рыночных цен на различные товары и услуги при товарно-денежных отношениях. Тем не менее, научный метод позволяет определить полезность труда с достаточной точностью и сравнивать полезность различных видов деятельности. Например, если человек роет траншею с целью возвести на этом месте хозяйственную постройку для собственных нужд, этот труд может быть полезен для всего общества лишь постольку, поскольку эта постройка может однажды пригодиться для общественных нужд и поскольку налаживание быта этого человека может помочь ему быстрее развиваться самому и в итоге более эффективно участвовать в развитии общества. В то же время актёр кино, выполняющий гораздо меньшую физическую работу, может своей игрой вдохновлять множество людей на великие свершения и мотивировать их стремиться к образованию и приближению общественного блага. Труд актёра в данном случае будет гораздо более полезным для общества, чем труд землекопа. Но в других обстоятельствах, когда человек роет такую же траншею, но на этот раз чтобы отвести надвигающийся паводок и спасти множество имущества от разрушения и жизней от гибели, его труд становится несоизмеримо более общественно полезным, чем аналогичный труд ранее, и легко может превысить общественную пользу от качественной актёрской игры.
Общественно полезный труд не следует путать с общественно необходимым трудом — понятием, которое используется в марксизме-ленинизме. Во-первых, понятие «общественно необходимый труд» подразумевает не сам труд, а его количество, а во-вторых, это количество труда, необходимого лишь для удовлетворения текущих потребностей общества, которые на стадии его низкого развития в основном заключаются в обеспеченности всех граждан едой, предметами быта и услугами и дополняются лишь минимальным стремлением к познанию мира. Общественно полезный труд не ограничивается рамками столь малых декларируемых потребностей неразвитого общества и оценивается с позиции приближения наивысшего общественного блага. Что же касается необходимого количества общественно полезного труда, произвести его расчёт не представляется возможным, ибо для достижения наивысшего общественного блага требуется познать сущность бытия, а для этого, возможно, потребуется познать всё бытие, но размер Вселенной пока не известен, как и неизвестно число её законов, которые человечеству предстоит открыть.
Теперь, когда мы разобрались, как определить социальную значимость различных видов человеческой деятельности независимо от типа общественных отношений, давайте снова вернёмся к проблемам левого движения. До сих пор я называл лишь его организационные недостатки, которые по большому счёту являются преодолимыми, исключая, пожалуй, только раздробленность движения из-за его тотальной неспособности к выстраиванию коллективного согласия. Но гораздо более важно, что учение Маркса, Энгельса и Ленина, которое используется левым движением как созидательная теория, содержит фундаментальные ошибки, делающие реализацию всего их проекта невозможной без внесения в теорию существенных правок. Давайте же рассмотрим их.
Главная фундаментальная ошибка марксизма-ленинизма
— это ложное идеалистическое заключение, что движущей силой пролетариата является его внутреннее искреннее стремление к общественному благу.