Я представил себе город Владивосток с высоты птичьего полёта. От увиденного захватило дух, на лбу проступила испарина:
- "Батюшки мои. Так это ж Клондайк для контрразведки"
Мысли смешались:
- "В Контору? К кому? Зачем? Аа-а-а!", - я мысленно застонал. Оказалось, видны не только закладки, но и их связи с живыми объектами.
- Аййайяй! Ска-а-зочно! Ну и ну! - не сдерживался я, вскочил с кресла и стал нервно прохаживаться.
- Узнаю "брата Колю", - вспомнил Подя мою любимую присказку. - Ну ничего-ничего. Это пройдет.
- Правильно. Никому и ничего. - сказал я. - Даром - хрен. Это будет обменный фонд. Только, ну о-о-очень аккуратный слив. Надо думать, и думать.
Шок прошёл быстро. Я помрачнел от навалившейся ответственности и осознания того, что одному мне не справится. Нужна команда. "Где же вы теперь, друзья однополчане...". Но, честно сказать, и не было никогда этих однополчан. Пароли, явки, псевдонимы. Я снова сел в шезлонг, откинувшись на спинку. Мысли потекли спокойнее.
Финансы, считай, есть. Хотя в тайники кладут пронумерованные купюры, и, если, деньги уйдут "налево" вычислить их не составит труда. Надо думать, как не "засветиться".
Создать частную аналитическую контору, например, под крышей фондовской газеты - просто. Подтянуть туда исполнителей из действующих - можно. Есть пара, тройка неплохих ребят из ментов. Всего им не рассказывать. Из "стариков" почти никого не осталось. А кто остался, отошел от дел давно и забыл, как "Родину любить". Здесь уж точно нет. Надо в Москву к Юрию Ивановичу наведаться, пока жив старик.
- "А Командир уже совсем слаб", подумал я.
- Самое страшное, что верить нельзя никому - сказал я.
- А верить и не придется, - ты всё про всех сможешь знать наверняка. И явное, и скрытое. Надо только всмотреться в человека. Желательно, подойдя поближе.
- Это хорошо. Можно будет просто идти к цели. Но где она, эта цель?
Я сидел и думал, считал бюджет и планировал. Подя мне не мешал, а сидел и слушал меня, сидел и слушал.