Глава 8
Странная квартира и загадки спиритуалистов
Гобер смерил нас более чем недовольным взглядом, его чуть взлохмаченные брови нахмурились, он сердито поджал губы:
– Мое имя комиссар Гобер, и я расследую убийство небезызвестной вам мадемуазель Пети. А что вы здесь делаете, позвольте полюбопытствовать?
– То же, что и вы, полагаю, – непринужденно ответил Арман, и я перевела взгляд на него.
Дюваль держался легко и расслабленно, но это только на первый взгляд. Присмотревшись, я поняла, что снаружи он беспечен, а внутри как натянутая струна. Губы хоть и изображали подобие улыбки, а вот глаза стали колючими, выдавая настороженность. Арман не был знаком с комиссаром и осторожно присматривался к нему. Мне вдруг подумалось, что будь здесь его отец или брат, то они вели бы себя совсем по-другому.
– Ваша затея? – посмотрел на меня Гобер.
– Даже если и так, вы не можете запретить мне вести собственное журналистское расследование, – как можно спокойнее, под стать Арману, ответила я.
– Для чего? – Одна бровь комиссара насмешливо взлетела кверху. – Для светской хроники?
Укол попал точно в цель, Гобер знал об этом. Ощутив волну горечи, я сделал вдох, подавляя желание съязвить в ответ. Сейчас препирательства с законом мне совершенно ни к чему.
– Весьма неожиданно увидеть вас вместе после статьи, которую написала мисс Пэг. – А этот вопрос предназначался Арману.
– Мы с мисс Пэг уладили все проблемы между собой, – ответил Арман и невесело усмехнулся. – Вы хотели поговорить со мной о чем-то?
Дюваль смотрел открыто, не юлил, не изворачивался, не льстил. Я с трудом отвела взгляд от его лица.
– По словам мисс Пэг, да и других свидетелей, Кароль Пети в вечер перед смертью была именно с вами, – сказал Гобер, пристально, будто голодный бульдог, всматриваясь в лицо Армана.
Я невольно затаила дыхание. Ощутила легкое движение справа, Тьери шагнул к нам ближе и тоже застыл.
– Судя по тому, что вы здесь, комиссар, могу предположить, что все те же свидетели рассказали вам о времени, когда Кароль покинула мое общество интересующим вас вечером, – спокойным голосом ответил Дюваль.
– Верно, – кивнул Гобер, продолжая буравить своими цепкими глазами лицо моего спутника. – Однако, как и когда вы покинули клуб, вспомнить никто не может.
Слова комиссара прозвучали как гром среди ясного неба. Я бросила быстрый взгляд на Армана, который на миг растерялся, но довольно быстро овладел собой. Мое сердце отчего-то дрогнуло. А ведь я его об этом ни разу не спрашивала. Ни его, ни владельца клуба.
– Расскажете мне, когда вы ушли и куда направились? – спросил комиссар, делая крошечный, но весьма заметный шаг к Арману.
Обстановка накалилась моментально, я почувствовала возникшее между мужчинами напряжение. Как ни странно, Гобер не очень-то и боялся влияния Дювалей. Вероятно, он был из тех, для кого все равны перед лицом закона.
– Я покинул клуб через полчаса после Кароль. Отправился в отель, где проживаю, там и оставался до самого утра – ответил Арман, но былая уверенность будто выветрилась из его голоса.
– Кто-нибудь видел вас?
Этот вопрос тяжело повис в воздухе. Я смотрела только на Армана, который выглядел все так же непоколебимо спокойным. Однако моя уверенность в его невиновности почему-то впервые дрогнула.
– В фойе никого не было, если вы об этом. Ключ от номера я всегда ношу с собой, таковы мои условия в любом отеле. Двери ресторана были открыты, официанты собирали посуду, возможно, кто-то из них заметил меня, но я не могу этого утверждать.
– А в номере?
– Я живу один, – коротко констатировал Дюваль, чуть задрав подбородок, прекрасно понимая, к чему клонит комиссар.
– Значит, алиби на время убийства у вас нет, – не то спросил, не то заключил Гобер.
– По-вашему, одинокие люди априори виновны? – вмешался Тьери. – Я тоже провел ту ночь один и тоже был хорошо знаком с Кароль.
Арман сделал легкий жест рукой, словно останавливая друга, который и не пытался скрыть своего негодования.
– А вы?.. – спросил комиссар.
– Тьери Перрен, – представил Арман, – мой друг.
– А вы, мсье Перрен, состояли в близких отношениях с мадемуазель Пети?
– Нет, но…
– Ваш порыв оправдать друга мне вполне понятен, но я буду благодарен, если вы не станете вмешиваться в беседу до тех пор, пока вас не спросят, – довольно спокойно, но твердо сказал Гобер, а потом снова вернулся взглядом к Арману. – Мсье Дюваль, в каких отношениях вы были с Кароль Пети?
– В близких, – ответил мой спутник.
– Насколько близких? – уже немного нетерпеливо уточнил комиссар. – В дружеских или же вы были любовниками?
– Были, – подтвердил он.
– Ее семья об этом знала? – прищурившись, поинтересовался комиссар.
Арман немного удивился такому вопросу, несколько секунд подумал, вероятно не зная точного ответа, и сказал:
– Не думаю. Кароль была не из тех, кто отчитывается перед отцом. По ее словам, Гастон Пети доверял дочери. Несомненно, он знал, что мы иногда проводим время вместе, но, насколько подробно, она никогда не говорила.