Читаем Николетта Скайрини или Старший брат - босс Варии?! (СИ) полностью

Завидев Вонгола Ноно в компании его Хранителей и Внешнего Советника, Занзас напрягся. Если старик с Хранителями не доставлял уже столько проблем, особенно настораживал Внешний советник. Николетта рассказала ему обо всем, что было с ней за время нахождения в Намимори. Этот Хибари…. С ним явно будет непросто.

- Пойдем, – ненавязчиво потянул за собой Николетту Занзас, направляясь к боссу Вонголы.

Приблизившись к ним, он обменялся стандартным приветствием и представил им Николетту:

- Думаю, вы уже знакомы, но я все же представлю: Николетта Скайрини, моя младшая сестра…

- И причина сегодняшнего торжества. Не так ли, госпожа именинница? – добавил за сына Вонгола Ноно, заставив варийца скрипнуть зубами. Сам же нынешний Вонгола чуть наклонился, заглядывая девочке в лицо, и той пришлось не отводить взгляда. – Твои глаза все так же прекрасны, Николетта-чан.

- Благодарю вас, донн Вонгола, – робко поблагодарила Николетта, чуть присев в поклоне, держа пальчиками края платья.

- Тебе ведь одиннадцать, не так ли?

- Да, вы правы.

- Занзас, ты не против, если я представлю малышку членам Альянса? Вот и чудно.

Николетта отпрянула от руки Ноно Вонголы и прильнула к боку варийца, чем удивила Тимотео и остальных, но Занзас и его офицеры никак не отреагировали на подобное.

- Никки, – обратился к ней Занзас, положив руку девочке на спину и заставив посмотреть на него. Ему и самому не нравилось, что Девятый хочет раструбить о Николетте всему Альянсу, но сделать он ничего не может. – Не бойся их. Они ничего тебе не сделают. Я и мусор рядом, так что все будет в порядке.

Скайрини-младшая какое-то время смотрела старшему брату в глаза, а после медленно кивнула и, отстранившись от бока варийца, протянула руку боссу Вонголы.

Тимотео отвел ее к союзникам и представил. Фамилий, имен, поздравлений и прочего было ужасно много, но Николетта держалась с той холодной невозмутимостью, которой ее научил Бельфегор.

Брату ее вернули только когда они обошли всех, со всеми познакомились. Музыка играла, музыканты превосходно справлялись со своими обязанностями, а Николетта заскучала. Ей было неинтересно происходящее вокруг, пока не заиграла уже знакомая ей мелодия.

Подергав варийца за штанину, Скайрини показала пальчиком на оркестр, одним взглядом упрашивая позволить ей станцевать.

- Ладно, – уломала она босса Варии, и он пошел вместе с ней к Девятому Вонголе.

- Станцевать? – удивился Тимотео, но после добродушно улыбнулся и кивнул. – Конечно, почему нет.

Николетта засветилась неподдельным счастьем и направилась к оркестру. Никто не танцевал и все обратили внимание за девочку. Она попросила музыкантов сыграть кое-что для нее и, взяв микрофон, вышла в центр.

- Еще раз приветствую всех собравшихся здесь гостей. В этот день я и не подозревала, что ради меня устроят такое торжество, а потому хочу поблагодарить вас своим танцем. Знаю, это удивительно, но прошу вас, посмотрите. Обычно я танцую лишь для одного человека, но сегодня я станцую для себя.

Убрав микрофон, девочка кивнула музыкантам и замерла. Первые аккорды и Николетта начинает свой танец почти сразу же. Вступление вышло идеальным. Она еще не успела продумать свои движения, а потому этот танец был чистой импровизацией. Ее тело изгибалось так, словно внутри у нее были не кости, а пластичная материя. Подол платья развевался, повинуясь ее движениям. Девочка кружилась, возводила руки к небу, словно танцевала какой-то ритуальный танец.

Когда стихли последние аккорды, на нее обрушилась целая волна аплодисментов, одобрительного свиста и выкриков, типа:

- Молодец!

- Прекрасно!

- Изящная леди, я ранен вами в самое сердце!

Но самой главной и важной для нее наградой стал взгляд босса Варии, который не отрывал от нее глаз на протяжении всего танца.

Эта песня снова была на русском языке и не все поняли смысла, но те, кто поняли, были поражены. А те, что не поняли, были поражены танцем.

Николетту приглашали на медленный танец, но каждое приглашение перехватывали варийцы, становясь стеной за спиной Скайрини, так что кавалеры сами разбегались.

Вечер закончился и многие разъехались по домам. Не исключением была и Вария. Николетта уже спала на коленях босса отряда убийц, к которому она перебралась на ручки сразу же, как только они отъехали от особняка Вонголы.

После того дня возобновились тренировки и занятия по наукам. Луссурия и Вайпер обучали ее тем наукам, в которых понимали хоть что-то. Да и книги, что были в изобилии…. В общем, еще пару лет они знали, чем ее занять.

В свои тринадцать лет Николетта уже не была похожа на ту запуганную девочку. Она теперь была уверенна в своих силах, но все еще смущалась пристального внимания.

Одевшись в юбку, рубашку, чулки и балетки, Николетта спустилась на завтрак. Вария присутствовала в полном составе. От взгляда Скайрини не укрылось то, что все как-то напряжены и вообще…

- Всем доброе утро. Что-то случилось? Брат? Дядя Лу?

Перейти на страницу:

Похожие книги

99 глупых вопросов об искусстве и еще один, которые иногда задают экскурсоводу в художественном музее
99 глупых вопросов об искусстве и еще один, которые иногда задают экскурсоводу в художественном музее

Все мы в разной степени что-то знаем об искусстве, что-то слышали, что-то случайно заметили, а в чем-то глубоко убеждены с самого детства. Когда мы приходим в музей, то посредником между нами и искусством становится экскурсовод. Именно он может ответить здесь и сейчас на интересующий нас вопрос. Но иногда по той или иной причине ему не удается это сделать, да и не всегда мы решаемся о чем-то спросить.Алина Никонова – искусствовед и блогер – отвечает на вопросы, которые вы не решались задать:– почему Пикассо писал такие странные картины и что в них гениального?– как отличить хорошую картину от плохой?– сколько стоит все то, что находится в музеях?– есть ли в древнеегипетском искусстве что-то мистическое?– почему некоторые картины подвергаются нападению сумасшедших?– как понимать картины Сальвадора Дали, если они такие необычные?

Алина Викторовна Никонова , Алина Никонова

Искусствоведение / Прочее / Изобразительное искусство, фотография
Актеры нашего кино. Сухоруков, Хабенский и другие
Актеры нашего кино. Сухоруков, Хабенский и другие

В последнее время наше кино — еще совсем недавно самое массовое из искусств — утратило многие былые черты, свойственные отечественному искусству. Мы редко сопереживаем происходящему на экране, зачастую не запоминаем фамилий исполнителей ролей. Под этой обложкой — жизнь российских актеров разных поколений, оставивших след в душе кинозрителя. Юрий Яковлев, Майя Булгакова, Нина Русланова, Виктор Сухоруков, Константин Хабенский… — эти имена говорят сами за себя, и зрителю нет надобности напоминать фильмы с участием таких артистов.Один из самых видных и значительных кинокритиков, кинодраматург и сценарист Эльга Лындина представляет в своей книге лучших из лучших нашего кинематографа, раскрывая их личности и непростые судьбы.

Эльга Михайловна Лындина

Биографии и Мемуары / Кино / Театр / Прочее / Документальное
Кино и история. 100 самых обсуждаемых исторических фильмов
Кино и история. 100 самых обсуждаемых исторических фильмов

Новая книга знаменитого историка кинематографа и кинокритика, кандидата искусствоведения, сотрудника издательского дома «Коммерсантъ», посвящена столь популярному у зрителей жанру как «историческое кино». Историки могут сколько угодно твердить, что история – не мелодрама, не нуар и не компьютерная забава, но режиссеров и сценаристов все равно так и тянет преподнести с киноэкрана горести Марии Стюарт или Екатерины Великой как мелодраму, покушение графа фон Штауффенберга на Гитлера или убийство Кирова – как нуар, события Смутного времени в России или объединения Италии – как роман «плаща и шпаги», а Курскую битву – как игру «в танчики». Эта книга – обстоятельный и высокопрофессиональный разбор 100 самых ярких, интересных и спорных исторических картин мирового кинематографа: от «Джонни Д.», «Операция «Валькирия» и «Операция «Арго» до «Утомленные солнцем-2: Цитадель», «Матильда» и «28 панфиловцев».

Михаил Сергеевич Трофименков

Кино / Прочее / Культура и искусство