Читаем Новые письма темных людей (СИ) полностью

Me habeo nunc unus automobilis vel currus, – nominatur que volonte, et me potentum vectitari ad locis viam ex omnibus provinciam, et in «domam tolerantiae», et in praesaepii aliquandum, in quo me fumigatum cannabis et cum puellam ebrium coitum in multibus gestam et poses, et nunc me exstudiam multium novae methodis haec ars antiquam et dignitas. Me singularum conquirere extraordinarii ex meus sholaris, et quod illum bonum et abundantis iuvenis et puellas, illum apportare in unum mensis valdium summae in meus portatilis, et istum plusquam me habeo benitas lucrum ex tamen latifundiam, praedii et terram, quo me dare tam philanthropias stultae ex Peterburga, de quod me scribum super, et etiam me locare multium domam, meritoriam et villam in aliquando locis Europam et Rossicam (quod ad me tamen dare istud asinoram ex Peterburga); plus me negotium mittatio et facerio de ναρκωτικός aliquandam cum meum amicus ex facultatio chemiciam, et in hoc me facerare lenocinium, et tam hoc methodum me in residi habeo solidum et benitas numeriam, quod me potentiam vivere cultum et dignas, sed non luxuriam.





Et nuper me concludero divinas in commodi sua pactum cum unum iudeos ex Londonum, et ista pollicereor ad me 500 000 euros, sed est secreta sunt, et vos non decet dicit de ille aliquandum, ergo est partis non-lege. Sunt hac operarum in tam est, quo ad amplum et benitas velox navis ex Liviam et Numidiam portam in Britanniae afferrarum heroinum et alium «medicamenti», et ex Britanniae in Africae septentriam mittere virgines sevis-meretrixem, quod nos trans captio subreptiam ex civitatis maritimum. Sed nunc magnam pecuniam me addero in istam operarum, et non habeo in manus meus aliquam massae pecuniam, et in posterior sexies mensis me non potenti illum habeo et essen pauper totum. Et quo vos credo ad me, se me est vestrum amicus bonissimus, tam vos potentiam nunc ad me dedi in debitum parvulissimus summae pecuniam ad primum vitiam inopiam, que vestrum socius iuvensis potentae aliquandae partis panem sibi emero. Et se vos non mitto ad me pecuniam numeriam, me clamoritas et dixit ad omnino doctorem et ignotum mundi, ad doctores Sorbonnae et Oxfordum et populus Europae totum et mundi, quo vos in iuvenem annoris suggerero XII spiritas hominem ad Deus in unum silvae in Provinciam Lenincivitas.





Me scire, quod valdium numerum operarum et causam criminibus, in quo vos erat participaro, et quod multium vitam iuvenis et senexis vos perdidi, et quod peccatores vos facere in haec vitae, et me potentiam scriberum grossum libri de illum et exprimero ille in Oxfordum typographeum. Vos decet scire, quo me est amicus bene, quo vivere ad principium «Rectum – est honor meus», sed quam cum me litigitiam, me stare sunt durant, dirum et minaxis competitor, quo dignas suam largitas ad acerbiatis rationis bellatum; se vos detrectatum me, tam vos habebantur pollentissimus hostis.





Scriberum in meum camera Oxfordum unum lunis nocte ad luxam cereum in caelis parce ebriosi.





Epistolae Georgium Eucharistum ad Boris Rostrumum.





Quo stellarum in luxuriam caelum,



Et quod in Moskvae stratis venetum,



Quod me scire philosophiam nomines,



Tam ego vestrum mitto salutes!





Me salutant vos sine numeri aliquandum et cum gratiam divinitas, que zelo ad vos in hac Sabbatio! Me mittere ad vos aliquandam voluntes benitas, tam quo me scire, quo vos in status mentenis bonum nunc et habeo multum pecuniam. Vos respondere similitudo: «Quo istud bufonus volunt ex me, et etiam illum scribum ad credibilis pecuniam bonum; tam me non afferro hoc eam!». Sed me non est simularis, quae vos cogitatio in caput vestrum, tamen me sunt amicus vestrandi, quod in omnino causam in auxiliam ad vos currere; memoriam exprimerum tamen operare, quod nos sedebant in unae sordidum tabernae in Rostovum-Tanantis, et haec vos bibitur VI lagunculas vile vinum Rubedarum, et statim totum ebrios, et vos clamare vocum suam carminibus captivis et carceris, quam omnes timet vos; etiam vos attingero ex bracis vestrum quaedam nudiam et concuteram haec, et postquam vos demero et bracis, et aliquandum vestis, et currerum in mediae vici, postquam exciperio scandalizarum policiam unum. Istud vir apprehendi vos et in carcerum mittere, se me non emero illum meum pecuniam, ergo vos liberarum et vos potentum viatum in Conferentiam scienticae in Volgocivis; vos decet memore momentum istud, tam quod Rosanus in suos «Cecidi folii» dicit, quo «gratia sunt bonissimus ex vitii, non-gratia – est malissimus ex vitiam», et tamen Monedulus probarum istud affirmatio, quam illum scribo in suam notabilis, quo «Gratius vir – est vir christianum, et ad illum decet relatum quod Fridericus Nietzscheus testamenti», et omnes viri, – tam pueri omnes scire, – quod illum erat philosophos christianum et obscurantum!





Перейти на страницу:

Похожие книги

1917. Разгадка «русской» революции
1917. Разгадка «русской» революции

Гибель Российской империи в 1917 году не была случайностью, как не случайно рассыпался и Советский Союз. В обоих случаях мощная внешняя сила инициировала распад России, используя подлецов и дураков, которые за деньги или красивые обещания в итоге разрушили свою собственную страну.История этой величайшей катастрофы до сих пор во многом загадочна, и вопросов здесь куда больше, чем ответов. Германия, на которую до сих пор возлагают вину, была не более чем орудием, а потом точно так же стала жертвой уже своей революции. Февраль 1917-го — это начало русской катастрофы XX века, последствия которой были преодолены слишком дорогой ценой. Но когда мы забыли, как геополитические враги России разрушили нашу страну, — ситуация распада и хаоса повторилась вновь. И в том и в другом случае эта сила прикрывалась фальшивыми одеждами «союзничества» и «общечеловеческих ценностей». Вот и сегодня их «идейные» потомки, обильно финансируемые из-за рубежа, вновь готовы спровоцировать в России революцию.Из книги вы узнаете: почему Николай II и его брат так легко отреклись от трона? кто и как организовал проезд Ленина в «пломбированном» вагоне в Россию? зачем английский разведчик Освальд Рейнер сделал «контрольный выстрел» в лоб Григорию Распутину? почему германский Генштаб даже не подозревал, что у него есть шпион по фамилии Ульянов? зачем Временное правительство оплатило проезд на родину революционерам, которые ехали его свергать? почему Александр Керенский вместо борьбы с большевиками играл с ними в поддавки и старался передать власть Ленину?Керенский = Горбачев = Ельцин =.?.. Довольно!Никогда больше в России не должна случиться революция!

Николай Викторович Стариков

Публицистика
Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Луис , Бернард Льюис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945

Американский историк, политолог, специалист по России и Восточной Европе профессор Даллин реконструирует историю немецкой оккупации советских территорий во время Второй мировой войны. Свое исследование он начинает с изучения исторических условий немецкого вторжения в СССР в 1941 году, мотивации нацистского руководства в первые месяцы войны и организации оккупационного правительства. Затем автор анализирует долгосрочные цели Германии на оккупированных территориях – включая национальный вопрос – и их реализацию на Украине, в Белоруссии, Прибалтике, на Кавказе, в Крыму и собственно в России. Особое внимание в исследовании уделяется немецкому подходу к организации сельского хозяйства и промышленности, отношению к военнопленным, принудительно мобилизованным работникам и коллаборационистам, а также вопросам культуры, образованию и религии. Заключительная часть посвящена германской политике, пропаганде и использованию перебежчиков и заканчивается очерком экспериментов «политической войны» в 1944–1945 гг. Повествование сопровождается подробными картами и схемами.

Александр Даллин

Военное дело / Публицистика / Документальное
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой , Николай Дмитриевич Толстой-Милославский

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное