Читаем Новые письма темных людей (СИ) полностью

Me nunc agero unum fructuosum causae, in quam nos potentis caperiam multibus beneficiaries et pecuniam solidum, se hac operarum deprehendi prosperis et fortunatis, et se est non, tamen nos evadero in carcerum Centralis Vladimirum, et facero nos magnam scandalum in omnino Rossicae. Sed se vos ad aleae ambulare parate, tam me loquis de istud opus. Quod scriberum Lupinsectarius in suos «Diabolus», «omnes diurnarii, quo scribum de thematicae haec, sunt bufones vel aversabilis; tertium non est», et nos etiam diurnarii, quae scribum de aliquando «frixum» thematicos, et habeo pecuniam ex illum. Igitur, conservaro hoc in paxem; me nuper sede ad duo sellis, tamquam me non possunt ad unum sedero, quo me tam valdium et dignas; sicut me sede, nunquam facero, trahere transquam buccinae cerevisiam et unam manum scribo articulus, et subito una bona acia in meum caput pulsare; hac erat tamen bene sententia, quo me multum miratis et etiam cadero ex sellis, et sicut scarabaeus exem fabulae pueratis non possunt stare; plus me profundero omnia cerevisia. Nunc me delegit istud sententiam ad vos.





Quod scire omnes bonam virgines et vires, circae Moskvae sunt una αγορά, quo in vulgus nominatum quo Cercizones, et quo vires dignas et doctorem nominatio nostrum secundo domo vel Paradisus modernis virorum; multibus mercimonias in haec locus nos potentum invenirio, et pretii tamen bene ad homines non-valde dotatae vel simpliciter parte-avarum. Verborum, non decet scribo longum de omnes arboritas istud mercatam, se vos scire de illum sine me, quod emeraro nuper temporem hoc autovehiculum firmatum et prope novum, sed totum partissime furatrinis. Igitur, me cogitatum, quo nos habeo multium amicis ex Universitas, et ex aliquandae locis quaestiosam, qui obtinere officii et statii multibus et habeo aliquando gradias et titulis honorabilis, et suami nos quoque homines veneribilis (tam est sigillibus Veneris significarum); omnes nostri socii, omnino circus nostrum, sunt consistiti ex graviam virorum, quo habeo in manus suam grandiosum potentiam. Et me concipere nunc sup tanquam propositi: socii nostri raptarum bibliotecae universariae, laboratoriam, museis collectiones etc., et omnino abundantiae trahere ad αγόρη, et vendero ad meus bonissimus et benignussimus amicus, όνομα ένας τό χρόνον γνορύζο, tam illum nominatum Aslanus Mufudius, et illum et bonum socii non totum me, sed omnes nationalistos in nostra Patria, quod eam habeo constitutio cum Rossicum Unioram Nationalum, et armam afferre; et quoque nos tradidi libres et alium gazam, nos corriperam nostrum pecuniam et, – quod nunquam non scirendi de haec maleficiam, nos incendiazavit Universitas, et in omnes merces ncendium coargueri.





Plusquam me proposui talis στρατέγια, quo me amore, quod me amore virorum dignas et puritas: omnes scire, quo vos partissime possessizavit pecuniam et auxiliam humanitatae, quo nostrum fratres accumularum et colligerizarum, – fere demerio, – ex pauperis rusticis, sed me tanto audacis, quo me oblatum ad vos tanquam methodus, de qui me scribo longui. Vos decet spoliare horreum cum omnes supellectilis et arcae cum pecuniam totalis, – in haec sunt differentiae medium nunciam vestrum operare et operarum potentialis. Postquam vos facerio hoc opus, nos combustum omnes aedificii, et nunquam, – tamen subtilis et magnum rarum investigator, – non intellego et non explicaro essentiae nostrum criminum. Nos egredioriam ex aquam non tanquam puristis, quid adiposae et foetidiam, sed tamen felixis et saturis quod anseris ad nostrum festa mensae. Et quod vos possunt loqui de meus combinatio, aliquam tam, qui illum sunt geniosi?





Nunc me decet absolvi istud litterae, et valetatio cum vos, sed in conclusio me dixit, quod cum haec epistolae mittum ad vos una carmina, sub quam me titulavit nomine auctoris meum.





Datum ex Moscoviae.





De panem vino.





Carmina, qui essen scriberum Georgium Eucharistum in Sabbatio in prandiumis temporem.





Ah, didicit populus mattis nunc male dicere –



Non dare fratrem nostrum vivere.





Dicunt quod mox cadet Tertia Roma,



Nunc anseres non e salvare de somno.





Dicunt quod barbari sunt trampling area,



Quod erit evanescunt simul terra mea.





Quod mox arefaciam subsidiis oleum,



Iratus ad nos, Omnipotens Deum.





Cor induravit, moribus erant in declinare



Licet nos a Peninsula capta in mare.





Dicunt quod erit populus ferrum



Contra nos pro opus gerunt bellum.





Sed mitescere, mi amicus bones,



Melius sparguntur panem vinum per carbones.





Bracarense in a cacabus ignem calidum,



Sic tibia sequitur spiritus vinum.





Nobis silva abscondit a mundo confidenter,



Nulla milites Reipublicae arbores inter.





Cras ibimus in foro vinum vendere,



Fatum est manu semper erit dare.





Erit in nobis hoc videlicet aeternum.



Si ego obdormiscere, me excitare de ternum.





Epistolae Constantini Semeni ad Alexandrus Tarasovus.





Quid piscis im caeli marem natarum,



Et quid cerevisiam in stomachum virorum,



Quid in Amsterdamae meretricis vivos,



Tamen salutes me mittere ad vos!





Перейти на страницу:

Похожие книги

1917. Разгадка «русской» революции
1917. Разгадка «русской» революции

Гибель Российской империи в 1917 году не была случайностью, как не случайно рассыпался и Советский Союз. В обоих случаях мощная внешняя сила инициировала распад России, используя подлецов и дураков, которые за деньги или красивые обещания в итоге разрушили свою собственную страну.История этой величайшей катастрофы до сих пор во многом загадочна, и вопросов здесь куда больше, чем ответов. Германия, на которую до сих пор возлагают вину, была не более чем орудием, а потом точно так же стала жертвой уже своей революции. Февраль 1917-го — это начало русской катастрофы XX века, последствия которой были преодолены слишком дорогой ценой. Но когда мы забыли, как геополитические враги России разрушили нашу страну, — ситуация распада и хаоса повторилась вновь. И в том и в другом случае эта сила прикрывалась фальшивыми одеждами «союзничества» и «общечеловеческих ценностей». Вот и сегодня их «идейные» потомки, обильно финансируемые из-за рубежа, вновь готовы спровоцировать в России революцию.Из книги вы узнаете: почему Николай II и его брат так легко отреклись от трона? кто и как организовал проезд Ленина в «пломбированном» вагоне в Россию? зачем английский разведчик Освальд Рейнер сделал «контрольный выстрел» в лоб Григорию Распутину? почему германский Генштаб даже не подозревал, что у него есть шпион по фамилии Ульянов? зачем Временное правительство оплатило проезд на родину революционерам, которые ехали его свергать? почему Александр Керенский вместо борьбы с большевиками играл с ними в поддавки и старался передать власть Ленину?Керенский = Горбачев = Ельцин =.?.. Довольно!Никогда больше в России не должна случиться революция!

Николай Викторович Стариков

Публицистика
Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Луис , Бернард Льюис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945
Захваченные территории СССР под контролем нацистов. Оккупационная политика Третьего рейха 1941–1945

Американский историк, политолог, специалист по России и Восточной Европе профессор Даллин реконструирует историю немецкой оккупации советских территорий во время Второй мировой войны. Свое исследование он начинает с изучения исторических условий немецкого вторжения в СССР в 1941 году, мотивации нацистского руководства в первые месяцы войны и организации оккупационного правительства. Затем автор анализирует долгосрочные цели Германии на оккупированных территориях – включая национальный вопрос – и их реализацию на Украине, в Белоруссии, Прибалтике, на Кавказе, в Крыму и собственно в России. Особое внимание в исследовании уделяется немецкому подходу к организации сельского хозяйства и промышленности, отношению к военнопленным, принудительно мобилизованным работникам и коллаборационистам, а также вопросам культуры, образованию и религии. Заключительная часть посвящена германской политике, пропаганде и использованию перебежчиков и заканчивается очерком экспериментов «политической войны» в 1944–1945 гг. Повествование сопровождается подробными картами и схемами.

Александр Даллин

Военное дело / Публицистика / Документальное
Жертвы Ялты
Жертвы Ялты

Насильственная репатриация в СССР на протяжении 1943-47 годов — часть нашей истории, но не ее достояние. В Советском Союзе об этом не знают ничего, либо знают по слухам и урывками. Но эти урывки и слухи уже вошли в общественное сознание, и для того, чтобы их рассеять, чтобы хотя бы в первом приближении показать правду того, что произошло, необходима огромная работа, и работа действительно свободная. Свободная в архивных розысках, свободная в высказываниях мнений, а главное — духовно свободная от предрассудков…  Чем же ценен труд Н. Толстого, если и его еще недостаточно, чтобы заполнить этот пробел нашей истории? Прежде всего, полнотой описания, сведением воедино разрозненных фактов — где, когда, кого и как выдали. Примерно 34 используемых в книге документов публикуются впервые, и автор не ограничивается такими более или менее известными теперь событиями, как выдача казаков в Лиенце или армии Власова, хотя и здесь приводит много новых данных, но описывает операции по выдаче многих категорий перемещенных лиц хронологически и по странам. После такой книги невозможно больше отмахиваться от частных свидетельств, как «не имеющих объективного значения»Из этой книги, может быть, мы впервые по-настоящему узнали о масштабах народного сопротивления советскому режиму в годы Великой Отечественной войны, о причинах, заставивших более миллиона граждан СССР выбрать себе во временные союзники для свержения ненавистной коммунистической тирании гитлеровскую Германию. И только после появления в СССР первых копий книги на русском языке многие из потомков казаков впервые осознали, что не умерло казачество в 20–30-е годы, не все было истреблено или рассеяно по белу свету.

Николай Дмитриевич Толстой , Николай Дмитриевич Толстой-Милославский

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное