Другой парень сказал:
— Пусть нас всех посадят. Мы хотим свидетельствовать против него и рассказать как было на самом деле. Это он уговорил нас украсть лодки. Это он порезал ножом мережу на озере…
Я чувствовал, что во мне нарастает презрение к ним всем. Жалкое было их желание свалить всю вину на Романа. Если бы он пришел с деньгами и продуктами, они считали бы его героем и без зазрения совести воровали бы и дальше.
И все же было что-то символическое в том, что, они сами хотели отдать Романа в руки милиции.
Я услышал полный пренебрежения Мартин голос:
— Здесь рядом есть лесничество с телефоном. Пусть кто-то из вас пойдет туда и заявит в милицию.
Лисья Шкурка уже повернулся, чтобы выполнить приказ Капитана Немо.
Но это оказалось ненужным.
На шоссе, от Материка, засверкал свет автомобильных фар, а через несколько секунд около нас остановилась милицейская машина.
Оказалось, что из Семьяна кто-то позвонил в милицию и сообщил, что в селе бродят мальчишка из ватаги. Позже сообщали и о том, что один из них пошел по мостовой в направлении Ежвалда. И милиция приехала схватить его на дороге.
Теперь по радиотелефону вызвали с Материка вторую автомашину, которая должна была забрать всех мальчишек. Роман умолял милиционеров отпустить его. Клялся, что не имел ничего общего с ватагой, что он находится под опекой рыбаков с яхты, а тут оказался совершенно случайно.
Нам не хотелось слушать его ложь. Я приказал своим возвращаться. Мы понимали, что события, которые произошли на шоссе, еще не конец всей истории.
Но для нас она уже закончилась.
Мы снова нырнули в прибрежную мглу. С трудом нашли деревянный помост через заводь.
— Жаль все же, что я не посмотрел на ту карту… — сказал я, когда мы садились на наши суда.
Ястреб положил конец делу одним взмахом руки.
— Вы все о той карте. Самое важное, что мы разгромили шайку и теперь на озере будет покой. Завтра я расскажу лагерным хроникерам, пусть допишут в хронике новый раздел.
— И в каждом разделе надо воспеть честь и геройство товарища Ястреба, — захихикал Баська.
— Ты думаешь, что я делаю это ради славы? — Возмутился Ястреб. — Я за справедливость. Я хочу в будущем учиться на юридическом факультете. Буду прокурором.
Озеро все еще было покрыто густой мглой, которую с трудом пробивал свет моих фар. Затем поднялся легкий ветер и начал разгонять мглу. Она сбивалась в столбы и стены, нам иногда казалось, будто мы плывем через зал в каком-то огромном здании. Это была захватывающая картина. Высоко над головой небо было безоблачное, светила луна и его лучи будто потоками ртути растекалось по туманным столбам и колоннам.
Вернувшись в лагерь, я подробно рассказал о путешествии Бронке и Франеку. Они выслушали меня молча. Только после ужина Франек сел возле меня.
— Я знаю, что это я во всем виноват. Это я собрал ватагу. Я привел их сюда. И теперь их накажут, а я избегу этого. По — вашему, это справедливо?
— Я согласен, что ты сделал много плохого. Но потом же ты решил исправиться.
— А они? Я не сделал ничего, чтобы их спасти.
— Ты не имел на них влияния, — ответил я. — Они слушались тебя только тогда, когда ты поощрял их к чему-то плохому. А как попытался поступить иначе, они выгнали тебя из ватаги. Поэтому мне кажется, что твои угрызения совести безосновательны. Но когда ты чувствуешь себя виновным и считаешь, что не можешь избегать наказания, сам определи себе кару. Я только скажу тебе, что ты сам должен измениться.
Думаю, он понял меня, потому что ничего не сказал.
— А я? — Робко отозвалась Бронка.
— Ты сама знаешь, что должна сделать. Возвращайся домой.
В то время я еще не знал, что Бронкино дело уже на второй день будет решено.
Она написала родителям, что находится у Озерища, а на письме был штамп почты Семьяна. И родители приехали в Семьяна, чтобы разыскать дочь.
Они появились в гарцерском лагере спросить, не встречали ли гарцеры где-нибудь в этих местах девушку по имени Бронислава. Вскоре Телль приехал к нам на байдарке и забрал девушку в Семьяна.
Я не был при встрече Бронки с родителями. Узнал только, что они сняли комнату у какого-то крестьянина в Семьяна и решили провести здесь отпуск вместе с дочерью. Позже Бронка несколько раз наведывалась в наш лагерь на мысе Судака и я познакомился с ее родителями.
Так закончились приключения, за которыми она приехала на Озерище.
Но мои приключения еще не закончились.
Глава девятнадцатая
Автомобиль на воздушной подушке и подводная лодка. Что творилось у перешейка. Несколько слов о красных червях. Соревнования. Кто князь, а кто королева? Зловещая добыча. Поиски Ненастоящего орнитолога. Поразительное открытие.