Читаем О секретаре и его начальнике (СИ) полностью

О секретаре и его начальнике (СИ)

В нашем Зазеркалье все перевернулось с ног на голову: духовные ценности уступили место материальным, насилие уже никого не удивляет, дети мечтают работать на заводе по производству клея, чтобы нюхать его каждый день, а секретари натягивают собственных начальников прямо на рабочем месте. Куда катится мир!

Elza Mavka

Проза / Современная проза18+

Часть первая.

История первая. Новая работа

Толик никогда не думал, что придется устраиваться на ТАКУЮ работу. Он, вообще-то, был серьезным мужиком. Школу закончил. Техникум тоже. В армии отслужил. Поступил на заочку, скоро станет дипломированным инженером. И никогда, никогда не думал, что придет устраиваться на работу секретаршей. То есть секретарем. Один хрен, короче.

Но жизнь все повернула по-своему, и вот он сидит в ожидании собеседования на синеньком диванчике, а вокруг снуют люди. В основном, девушки. И все такие хорошенькие, деловые, занятые. На Толика не смотрят.

Рекламно-производственный холдинг «Валентин» был довольно крупной компанией. Занимался дизайном и печатанием различной бумажной продукции, производством и поставкой рекламного оборудования и прочей ерундой в том же роде. Однако ерунда была качественной, поэтому холдинг слыл одним из лучших в их городе, а получить работу здесь было престижно. К тому же зарплату обещали вполне приличную: и на съем квартиры хватит, и на оплату учебы, и на жизнь в целом, если не слишком шиковать. А Толику много не надо – подумаешь, сводить пару раз девушку в кино.

На собеседование попал случайно. Рассылал как-то раз ночью резюме в разные компании, не слишком и смотрел, куда. А его – раз! – и пригласили. Зачем же шанс упускать?

Толик, как все не слишком сведущие люди, решил, что работа секретарши не пыльная: принеси-подай, приготовь кофе, возьми трубку, раздвинь ноги. Но он-то не баба, без последнего пункта обойдется, и работа станет совсем малиной.

Усадила его на диванчик увольняющаяся секретарша генерального директора: миловидная девица с довольно заметным под свободным платьем животом («Наверняка босс постарался!» - решил Толик). А сама прошла в кабинет шефа – там на собеседовании сидела девушка. Толик уже решил было, что тут явно предпочитают женский пол, и пришел к выводу: ему ничего не светит. Но девушка вышла (не слишком воодушевленная), дверь до конца не закрыв, и парень услышал голоса:

- Света, я ее не хочу! – раздался довольно приятный мужской баритон.

Толик вгляделся вслед уходящей девице – вроде ничего так. Он бы захотел, наверное.

- Ну что с вами делать? – грустно спросила Света. – У меня мало времени, а ведь еще нужно подготовить человека.

- Еще кто-то пришел?

- Да, там молодой человек ждет. Он последний на сегодня.

- Парень? – заинтересованно спросил мужчина. – Что ж ты сразу не сказала? Тащи его сюда!

Света зацокала каблучками, высунула голову и поманила Толика за собой.

Кабинет директора Толик особо не разглядывал, засмущался. К таким интерьерам он не привык. У окна, за широким столом, заваленным всевозможными бумагами, сидел мужчина. Вернее, он знал, что перед ним сидит мужчина. Он прочитал о нем в интернете (подготовился к собеседованию): Максим Дмитриевич Федоров, 33 года, не женат, детей нет, является основателем и руководителем рекламно-производственного холдинга «Валентин».

Человек, сидевший перед ним, на 33 года никак не тянул. Максимум на 25. И улыбался ему как-то слишком уж насмешливо, можно даже сказать, ехидно. Он был довольно худ, светловолос. Нахальные светло-карие глаза оглядели Толика с ног до головы, однако разговор мужчина начал вежливо:

- Проходите, присаживайтесь, пожалуйста.

Толик, хоть и робел, сделал вид, что ему не впервой устраиваться секретарем к важным шишкам. Света присела рядом с ним, взяла в руки папку, достала оттуда пару листов и протянула шефу. Тот увлеченно начал читать:

- Ожегов Анатолий Иванович… так-так… 21 год… холост… детей нет… родился-вырос… армия… образование… ага! Опыт работы!

Он хитро взглянул на Толика:

- Опыта работы нет?

- Нет, - подтвердил Толик.

Какой опыт-то? Он у родителей в деревне сидел, как из армии вернулся.

- А расскажите-ка мне, Анатолий Иванович, какой вы представляете себе работу секретаря?

Толик задумался. Рассказать он мог, только это будет всего два слова. А надо бы произвести впечатление…

- Я думаю, что главное в этой работе – во всем помогать своему начальнику, - начал он серьезным тоном. – Уметь обращаться с офисной техникой, вежливо отвечать на звонки, готовить кофе…

- Готовить кофе? – перебил его Федоров и заинтересованно выпрямился в своем кресле. – Вы умеете готовить кофе?

Толик неуверенно кивнул. Он, действительно, умел, потому что в бытность свою студентом колледжа подрабатывал в кафе. Секретарша и шеф переглянулись, после чего Федоров выдал с видом объевшегося сметаной кота, откинувшись на спинку:

- Берем его, Светочка! Приступай к обучению.

Света округлила глаза.

- Но, Максим Дмитриевич, он же…

- Света, - капризным тоном остановил ее мужчина. – Он умеет готовить кофе! Остальному ты его научишь. Забирай бойца.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза