Читаем ОБЭЖ (Общество Белградских Эмансипированных Женщин) полностью

Скользкий и гладкий паркет изумительный,Кружатся парочки в вальсе стремительном,То приближаются, то отдаляются…Лица их страстью порой озаряются.Словно в едином дыхании слитые,Взгляд за вуалью, а груди открытые.Скрипка с балкона рыдает взволнованно,Все соблазнительно декольтировано.Минула полночь, за окнами зарево,Близость готовит нам винное марево.Ближе желания, дальше условности,Ноги рисуют узоры любовности.Я одурманен, не знаю, что делаю,Бедер рукою касаюсь несмелою,Но лишь приник к ним губами голодными,Вижу швейцара с глазами холодными.Слышу я голос холопа примерного:― Вы без перчаток! Без фрака вечернего!Я возмутился от этакой низости ―Встал и ушел. Обойдемся без близости!

Госпожа Лазич. Очень хорошо! Попрошу в конце добавить немного гордости! (Показывает.) «Я возмутился от этакой низости ― встал и ушел!..» Паузу выдержите и бросайте в лицо: «Обойдемся без близости!»

Госпожа Лазич. Теперь послушаем разученный госпожой Петрович и госпожой Янкович любовный романс «Ветер, уйми наши вздохи…»

Госпожа Петрович и Госпожа Янкович поют:

Ветер уйми наши вздохи,Грусть и тоску унеси.Ты у заветной могилыСмерти моей не проси.Здесь, на безмолвном кладбище,Клятв мне не надо и слов,Бросив цветы к изголовью,В гроб мы положим любовь.Ангел спустился небесный,Ручкою манит туда.Ляжем с тобою мы вместе,Что бы не встать никогда.

Все дамы. Браво!

Госпожа Елич. Этот романс у меня до сих пор в ушах стоит… Помню, когда я хоронила дядю, за мной стал ухаживать второй тромбонист из погребального оркестра, молоденький, смуглый, с чувственными губами, чем-то похожий на индуса, хотя мне больше нравятся…

Госпожа Лазич. Мы знаем, госпожа Елич, что вам больше нравятся скандинавы. Дамы, я думаю, финал концерта мы завершим на мажорной ноте общим танцем в постановке госпожи Живанович. Вы готовы госпожа Живанович?

Госпожа Живанович. Так! Все встали в третью позицию! Музыка! В танце главное — не суетится и помнить, кто за кем! Начали! И-и!..

Все дамы исступленно танцуют.

<p>КАРТИНА ТРЕТЬЯ</p>

Тот же двор господина Лазича. Ружица за столом пишет письмо.

Ружица (Закончив писать.) Софи!

Появляется Софи.

Софи! Слушай, что я ему написала. (Читает.) «Милый мой возлюбленный Тома! Получила твое печальное письмо. Прошу тебя, не накладывай на себя руки. Я согласна. Приходи завтра после обеда, как войдешь во двор, поверни направо, войди на кухню, а оттуда прямо в комнату Софи. Родителей моих дома не будет. Дане вообще не до меня. Брат Заре седьмой день не приходит ночевать. На всякий случай Софи посторожит. Она на нашей стороне. Целую тебя, как Джульетта целовала Ромео. Твоя до гроба Ружица».

Софи. Здорово! Если б я так умела писать, меня бы и кондитер Душан полюбил!

Ружица(вкладывает письмо в конверт). А мне что-то боязно.

Софи. Первый раз всегда боязно, а потом — как по маслу.

Ружица. Только передай ему прямо в руки…

Появляется госпожа Лазич.

Госпожа Лазич. Софи, почему ты бездельничаешь?

Софи. Я уже все сделала.

Ружица. Добрый день, мама.

Госпожа Лазич. Добрый день, Ружица. Ступай. Ты мне будешь мешать… А ты, Софи, разнеси два письма. Одно в газету «Утро» на улицу князя Михаила, 42, а другое — госпоже Милович в общество «Святой Елены» на улицу Блайковича, 96. Поняла?

Софи. Все поняла, госпожа хозяйка. (Кладет все три письма в фартук и уходит вместе с Ружицей.)

Перейти на страницу:

Похожие книги

12 великих трагедий
12 великих трагедий

Книга «12 великих трагедий» – уникальное издание, позволяющее ознакомиться с самыми знаковыми произведениями в истории мировой драматургии, вышедшими из-под пера выдающихся мастеров жанра.Многие пьесы, включенные в книгу, посвящены реальным историческим персонажам и событиям, однако они творчески переосмыслены и обогащены благодаря оригинальным авторским интерпретациям.Книга включает произведения, созданные со времен греческой античности до начала прошлого века, поэтому внимательные читатели не только насладятся сюжетом пьес, но и увидят основные этапы эволюции драматического и сценаристского искусства.

Александр Николаевич Островский , Иоганн Вольфганг фон Гёте , Оскар Уайльд , Педро Кальдерон , Фридрих Иоганн Кристоф Шиллер

Драматургия / Проза / Зарубежная классическая проза / Европейская старинная литература / Прочая старинная литература / Древние книги