Поскольку История – История рода людского – это прежде всего суровые факты, а ещё, разумеется, страсть и живые краски, которыми её наполняют люди, – постараюсь изложить тебе хотя бы факты.
Когда мы с тобою расстались, я уже знала – хоть и не наверное, – что последствия будут… такие, какие они были. Мы договорились – в тот последний чёрный день – покинуть, оставить друг друга, и никогда уж ни на миг не оглядываться назад. И я твёрдо вознамерилась соблюдать со своей стороны этот уговор – что бы ни случилось – ради собственной гордости, да и ради твоей тоже. Я сделала приготовления – ты не поверишь, какую холодную расчётливость пришлось мне проявить, чтоб уехать; я подыскала место, куда удалиться – (знаю, потом ты его обнаружил) – и где я сама, и никто другой, отвечала бы за нашу судьбу – ребёнка и мою… Я заранее обсудила дело с единственной живою душой, чью помощь я допускала – с моей сестрой Софией, и она вызвалась быть мне пособницей во лжи, в хитрой затее, которая больше пристала романтическому роману, нежели прежней моей тихой и обыденной жизни, но ведь, как известно, Необходимость изощряет ум и усиливает решительность, – вследствие всего этого наша дочь была рождена в Бретани в монашеской обители и затем привезена в Англию к Софии, которая приняла её и воспитала как собственную дочь, как мы о том с ней договаривались. Хочу тебя заверить, что София любила и лелеяла её, как собственная мать не могла. Она выросла на свободе в английских полях и вышла замуж за кузена (хотя на самом деле он ей никакой не кузен!) и проживает в Норфолке – супруга весьма уважаемого сквайра и весьма пригожая собою.