Читаем Обманутые чувствами полностью

Не упала. Карен как всегда подхватил меня, удержал, прижал к себе.

— Ада!

Я временно позабыла про всё: про проблемы, про планы, про ждущую моего возвращения крольчиху. С Кареном так тепло, так уютно. Никакие кошмары не пройдут, пока он стоит на их пути. После всего пережитого… Не следовало, но я просто не сдержалась. В его объятиях я испытала такое облегчение, что все внутренние барьеры рухнули. Я уткнулась Карену в плечо и разревелась в три ручья.

— Ада?

Карен растерялся, а я ничего не могла сказать сквозь всхлипы, только ещё больше ревела. Я почувствовала, как Карен успокаивающе гладит меня по спине, целует за ухом, проводит по волосам. Опять я перед ним чучело чучелом. И в халате. И в тапочках с помпонами. У-у-у… Карен тихо хмыкнул, подхватил меня на руки, а я и не подумала отцепляться, наоборот обхватила за шею.

— Испугалась? — тихо спросил Карен, усаживаясь на кровать. — Прости. Я не думал, что кузен дойдёт до такого. Он всегда был с гнильцой и безуминкой…

— Не важно. Не хочу о нём.

Звучит слишком эгоистично, неправильно.

Я оторвалась от плеча Карена, посмотрела ему в глаза:

— Ты переживаешь из-за него.

— Он мой брат. Двоюродный. Был…

Карен ощутимо передёрнулся и словно неосознанно сжал меня крепче. Я не протестовала, сама прижалась. Дотянувшись, разгладила морщинку, перечеркнувшую его лоб.

— Мне жаль, Карен. Но ведь он сам выбрал. Его выбор — его ответственность.

Карен невнятно угукнул, отвернулся.

Я нутром поняла, что слова будут неуместны. Что я могу сказать? Я ведь тоже это чувствую. Крайт, которого я с читала другом… Мне тяжело осознавать открывшееся, а Карену должно быть во сто крат хуже.

Я не знаю, сколько мы просидели, обнявшись. Карен встрепенулся, погладил меня по спине и нехотя отстранился, поймал моё лицо в ладони, всмотрелся в мои глаза:

— Как ты, Ада? Ты изменилась…

— Ты меня изменил. Разбудил от многолетней спячки, — хотела сказать бодро, а получилось с нотками грусти.

— Благодаря тебе я тоже многое переосмыслил.

Он серьёзно? Карен всегда мне казался идеальным. Разве что наше знакомство выдалось не самым приятным, но в конце концов, это я заехала Карену многокилограммовой сумкой между лопаток, любой бы возмутился.

Карен хотел что-то сказать, но его прервал писк. Из-под подушки высунулась устатая мордочка. Крыса выбралась из укрытия, пробежала по краю постели, цепляясь коготками, взобралась Карену на плечо, перепрыгнула ко мне и ткнулась носом в щёку, обнюхала и вернулась к Карену.

— У тебя появилась питомица, — улыбнулась я.

Когда крыса успела? И, что показательно, умная зверушка выбрала не меня. Магия! Крольчиха же!

— Ада?

— Я тоже питомцем обзавелась. Надо вернуться и покормить.

— Твой питомец дома? — нахмурился Карен.

— Я осталась в апартаментах, которые ты арендовал. Не стала отказываться…

Карен скривился, как от горечи.

— Прости, Ада. Я оставил тебя без защиты.

— Карен, ты о чём?

Он отвернулся, поэтому пришлось встать и пересесть так, чтобы оказаться в поле его зрения. Отвернуться повторно я не дала, обняв его за шею.

— Ада, мы расстались, но это я был тем, кто втянул тебя в конфликт с Крайтом. Я должен был предусмотреть возможные проблемы.

— Карен!

— Ада, давай не будем? Я не хочу спорить, а переубедить меня ты всё равно не сможешь. Лучше скажи, что там с питомцем?

— Крольчиха без присмотра осталась. Надо бы забрать. Ну и…Не бросать же вещи?

Карен улыбнулся:

— Я рад, что ты не отказываешься.

Я только кивнула.

Карен поднялся, протянул мне руку:

— Пойдём?

— Куда? — не поняла я.

— За крольчихой, — пояснил он, как сам собой разумеющееся. — Ада, мы в столице. В столичном королевском госпитале, если быть точным. Как ты собираешься добираться? На дилижансах у тебя уйдёт половина дня в одну сторону. Даже больше.

— И что ты предлагаешь?

— Пойдём через Астрал.

— Что?! — я взвилась.

Сама от себя не ожидала, но предложение Карена прозвучало почти как признание в намерении совершить суицид. Потому что нельзя ему в Астрал, никак нельзя. Не с такими повреждениями ауры как у него. Первая помощь оказана, но этого мало, слишком мало. Ему ещё восстанавливаться и восстанавливаться. Я вообще сомневаюсь, что после таких повреждений можно возвращаться в Астрал.

— Карен, прости, но чем ты думаешь, предлагая подобное? После погружения в глубину без защиты!

Карен явно растерялся.

— Ада, откуда ты знаешь?

— Да уж знаю.

Рассказать, что я и есть Сильва, надо, хватит скрываться, это уже глупо. К тому же больше вообще не тайна. Да, точно, это больше не тайна. Но сначала я хочу получить объяснения.

Неожиданно Карен улыбнулся, легко-легко коснулся подушечкой указательного пальца моего носа:

— Спасибо.

— За что?

— За то, что волнуешься, — хмыкнул он. — Знаешь ли, приятно осознавать, что я не безразличен тебе. И ты не права. Астрал мне не опасен.

— Неужели?

— Я получил повреждения, потому что был без должной защиты.

Карен хлопнул ладонью по своему плечу. Тотчас на его плечах сгустилась чернота, дымным водопадом скользнула вниз, закрутились дымные кольца.

Эн?!

Глава 18

Перейти на страницу:

Все книги серии Сильва

Похожие книги

Забракованные
Забракованные

Цикл: Перворожденный-Забракованные — общий мирВ тексте есть: вынужденный брак, любовь и магия, несчастный бракВ высшем обществе браки совершаются по расчету. Юной Амелии повезло: отец был так великодушен, что предложил ей выбрать из двух подходящих по статусу кандидатов. И, когда выбор встал между обходительным, улыбчивым Эйданом Бриверивзом, прекрасным, словно ангел, сошедший с древних гравюр, и мрачным Рэймером Монтегрейном, к тому же грубо обошедшимся с ней при первой встрече, девушка колебалась недолго.Откуда Амелии было знать, что за ангельской внешностью скрывается чудовище, которое превратит ее жизнь в ад на долгие пятнадцать лет? Могла ли она подумать, что со смертью мучителя ничего не закончится?В высшем обществе браки совершаются по расчету не только в юности. Вдова с блестящей родословной представляет ценность и после тридцати, а приказы короля обсуждению не подлежат. Новый супруг Амелии — тот, кого она так сильно испугалась на своем первом балу. Ветеран войны, опальный лорд, подозреваемый в измене короне, — Рэймер Монтегрейн, ночной кошмар ее юности.

Татьяна Владимировна Солодкова

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы