Читаем Общество любительниц плавания имени Дж. М. Барри полностью

Конечно, Джой рассказала им об Иэне. Ева уговаривала Джой тоже создать свой профиль на сайте знакомств, уверяя, что их сила в численности: они могут приглашать мужчин на двойные свидания! Но Джой не хотела ни с кем встречаться, пока не хотела. Воспоминания об Иэне были слишком свежи и драгоценны. Пройдет еще немало времени, прежде чем она снова отважится войти в эту реку, и, совершенно точно, это время еще не настало.

Джой остановилась на углу Пятой авеню и Восьмидесятой, глядя через дорогу на музей Метрополитен. Шедший ночью снег припорошил его гранитные длинные ступени, и теперь легкие пушистые хлопья поблескивали в свете утреннего солнца. Она хотела зайти в сувенирный магазин при музее, но он был еще закрыт. Надо будет зайти на днях в обеденный перерыв. Среди прочих товаров с мотивами Уильяма Морриса, которые продавались в магазине, Джой запомнила шикарную шаль из шерсти с шелком, на которой был выткан один из самых красивых узоров Морриса. Она хотела подарить Шерон что-нибудь в знак признательности, и накануне вечером ее осенило, что такая шаль была бы идеальным подарком.

Их еженедельные «свидания» в скайпе проходили отлично. Они не пропустили ни одного воскресенья. Иногда они разговаривали минут по десять-пятнадцать, а однажды проболтали два часа. Джой избегала расспрашивать об Иэне и Лили, однако Шерон обязательно вставляла о них пару слов. Лили снова ходит в школу. Волосы у нее отрастают, и Лилия говорила Агги, что они ожидают полного выздоровления.

– Я знаю, – сказала Джой.

– Знаешь? Откуда?

– Я довольно часто общаюсь с Иэном.

Шерон придвинулась ближе к камере:

– Выкладывай.

– В основном мы говорим по работе, уж поверь. Массимо поручил ему отчитываться передо мной раз в неделю, чтобы все в Нью-Йорке знали о ходе реконструкции. И он говорит только о делах. Мы ни разу не заговаривали о… нас, но я расспрашиваю его о Лили. Как она выглядит?

– Не знаю, – сказала Шерон. – Сама я не видела.

Джой каждый раз спрашивала о дамах, и Шерон каждый раз отвечала, что они передают ей привет. Джой не знала, правда ли это, но вполне вероятно. Ведь Шерон часто и подолгу беседует с Агги. И на их третьем «свидании» Шерон удивила Джой.

– Я собираюсь в Нью-Йорк, – объявила она.

– Правда? Когда?

– Когда ты сможешь выкроить неделю, чтобы меня принять.

– Вот здорово! Детей возьмешь?

Джой сделала усилие, чтобы сохранить на лице улыбку. Главное сейчас показать свою радость, а не нежелание видеть в своей квартире четверых необузданных детей.

– Да ты что! Я оставлю их с Генри. На прошлых выходных мы как раз поссорились так, что пришлось «переворачивать страницу». А когда мы ее перевернули, я сказала: «Да, и вот еще что, дорогой, я еду в Нью-Йорк в гости к Джой».

– И что он на это ответил?

– Он сказал: «Отлично!» – и тогда я добавила: «Одна». Мне показалось, у него на лице отразился ужас.

– Но он справится с детьми?

– Ну, если не справится, это его проблема, – ответила Шерон.

Работа продвигается отлично, все в порядке, и так здорово снова подружиться с Евой и Сьюзен, однако Джой все равно часто думала об Иэне. Она понимала, что их отношения, скорее всего, закончились, однако она все равно мечтала о его лице, его руках, теле, блестящем в свете камина. Как-то ей приснилось, что они едут верхом, но только теперь она сидит на Громе, а Иэн – на Мэгги. Он казался неуверенным и испуганным, – наверное, так же выглядела она сама в тот день, когда он уговорил ее отправиться на конную прогулку в поля. Но ведь он умеет сидеть верхом, повторяла она ему во сне. Он же всю жизнь в седле! И Мэгги точно не из тех лошадей, каких следует бояться! Но Иэн как будто не слышал ее.

В половине девятого Джой решила взять такси, потому что до конторы оставалось еще довольно далеко и она начала опасаться, что опоздает, к тому же она успела замерзнуть. Встреча была назначена ровно на девять, с тем чтобы Престон Маккей в полдень мог уехать в свой загородный дом, как он уезжает каждую пятницу. Кроме того, ей необходимо несколько минут, чтобы разложить бумаги и восстановить урон, нанесенный лицу ледяным ветром.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Текст
Текст

«Текст» – первый реалистический роман Дмитрия Глуховского, автора «Метро», «Будущего» и «Сумерек». Эта книга на стыке триллера, романа-нуар и драмы, история о столкновении поколений, о невозможной любви и бесполезном возмездии. Действие разворачивается в сегодняшней Москве и ее пригородах.Телефон стал для души резервным хранилищем. В нем самые яркие наши воспоминания: мы храним свой смех в фотографиях и минуты счастья – в видео. В почте – наставления от матери и деловая подноготная. В истории браузеров – всё, что нам интересно на самом деле. В чатах – признания в любви и прощания, снимки соблазнов и свидетельства грехов, слезы и обиды. Такое время.Картинки, видео, текст. Телефон – это и есть я. Тот, кто получит мой телефон, для остальных станет мной. Когда заметят, будет уже слишком поздно. Для всех.

Дмитрий Алексеевич Глуховский , Дмитрий Глуховский , Святослав Владимирович Логинов

Детективы / Современная русская и зарубежная проза / Социально-психологическая фантастика / Триллеры
Точка опоры
Точка опоры

В книгу включены четвертая часть известной тетралогия М. С. Шагинян «Семья Ульяновых» — «Четыре урока у Ленина» и роман в двух книгах А. Л. Коптелова «Точка опоры» — выдающиеся произведения советской литературы, посвященные жизни и деятельности В. И. Ленина.Два наших современника, два советских писателя - Мариэтта Шагинян и Афанасий Коптелов,- выходцы из разных слоев общества, люди с различным трудовым и житейским опытом, пройдя большой и сложный путь идейно-эстетических исканий, обратились, каждый по-своему, к ленинской теме, посвятив ей свои основные книги. Эта тема, говорила М.Шагинян, "для того, кто однажды прикоснулся к ней, уже не уходит из нашей творческой работы, она становится как бы темой жизни". Замысел создания произведений о Ленине был продиктован для обоих художников самой действительностью. Вокруг шли уже невиданно новые, невиданно сложные социальные процессы. И на решающих рубежах истории открывалась современникам сила, ясность революционной мысли В.И.Ленина, энергия его созидательной деятельности.Афанасий Коптелов - автор нескольких романов, посвященных жизни и деятельности В.И.Ленина. Пафос романа "Точка опоры" - в изображении страстной, непримиримой борьбы Владимира Ильича Ленина за создание марксистской партии в России. Писатель с подлинно исследовательской глубиной изучил события, факты, письма, документы, связанные с биографией В.И.Ленина, его революционной деятельностью, и создал яркий образ великого вождя революции, продолжателя учения К.Маркса в новых исторических условиях. В романе убедительно и ярко показаны не только организующая роль В.И.Ленина в подготовке издания "Искры", не только его неустанные заботы о связи редакции с русским рабочим движением, но и работа Владимира Ильича над статьями для "Искры", над проектом Программы партии, над книгой "Что делать?".

Афанасий Лазаревич Коптелов , Виль Владимирович Липатов , Дмитрий Громов , Иван Чебан , Кэти Тайерс , Рустам Карапетьян

Фантастика / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Cтихи, поэзия / Проза / Советская классическая проза