Золя правдиво рассказывает о быте углекопов, о грубости их нравов, о пьянстве, о легких связях рабочих с работницами (в этих связях он видел единственную радость этих горемык). Он старался понять и оправдать многое из того, что предстало его взору, во имя той простой справедливости, которая заставила его в 1878 г. опровергать россказни реакционеров о «страшных лицах» участников Парижской Коммуны, «легенду о революционных страшилищах, о бандитах, выходящих из-под земли в дни восстаний».
Однако вряд ли был прав Золя, изображая массу углекопов исключительно в виде беспомощных, темных, несознательных людей.
Золя прекрасно видит, что правительству Третьей республики нет никакого дела до нужд рабочих (оно лишь посылает войска для подавления забастовки), что религия не пользуется никаким авторитетом у углекопов, что акционерная компания, собственник угольных копей, лишь усиливает эксплуатацию рабочих ради своих барышей, что владельцы отдельных рудников сами находятся в тисках промышленного кризиса и в конце концов разоряются.
Забастовка измученных углекопов неизбежна, естественна. Вождем и организатором ее становится Этьен Лантье, рабочий, пришелец с юга, человек малообразованный, прочитавший только несколько политических книг, путано усвоивший их содержание. Но Этьен, искренне возмущенный положением рудокопов Монсу, молод, энергичен, напорист, неподкупен и обладает даром воодушевлять рабочую массу, обещая ей лучшее будущее, желанную справедливость, счастливую жизнь.
В пору работы над романом Золя посетил Жюля Геда и спорил с ним, отстаивая примат «стихийного» начала пролетарской революции над «сознательным»[125]
. Отражение этого спора — в «Жерминале», где Золя подчеркивает внутреннее одиночество Этьена, его неуверенность в себе, его испуг тем, что забастовка переходит в восстание, которым он уже бессилен управлять, которое действует по воле стихии, приводя к бесполезным анархическим разрушениям, к диким жестокостям.Однако Золя не может не видеть и того, что опыт восстания обогатил Этьена. Наступит время, уверен Этьен, когда рабочие хорошо организуются, объединятся в союзы, почувствуют свою силу, — и тогда «миллионы трудящихся окажутся перед несколькими тысячами бездельников» и вправе будут «забрать власть и стать хозяевами!» «Тогда воссияют правда и справедливость! Тогда погибнет, наконец, тучное приземистое божество, чудовищный идол, таящийся в глубине святилища, в неведомой дали, где несчастные кормят его своей плотью, никогда его не видев»[126]
.Этими оптимистическими нотами заканчивается роман — и не мог не закончиться, потому что ужас жизни рабочих, понятый писателем, глубоко потряс его. Золя создал гигантскую социальную фреску безысходных страданий и неотвратимой революционной борьбы пролетариата, порождаемой самими условиями капиталистического общества. Заканчивая «Жерминаль», Золя убеждался, что борьба рабочих развернется, могуче развернется в будущем, потому что иначе быть и не может. Так великий писатель конца XIX в. сомкнулся в этом своем романе с революционно-демократическими и пролетарскими поэтами, давно уже твердившими, что трудовой народ должен быть не рабом, а владыкой на земле, стать «государством и законом», как говорил Эжен Потье.
INFO
Д 70202-017/054(02)-74 53-54-74 НП
Юрий Иванович Данилин
ОЧЕРК ФРАНЦУЗСКОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ПОЭЗИИ XIX В.
Редактор издательства Е. И. Володина
Художник В. А. Гаврилов
Художественный редактор В. Н. Тнжунов
Технический редактор H. Н. Плохова
Корректор Л. С. Агапова
Сдано в набор 5/VI–1974 г. Подписано к печати 2/Х–1974 г.
Формат 84х108 1/32. Бумага типографская № 2.
Усл. печ. л. 10.92. Уч. изд. л. 11.2. Тираж 27 500 экз.
Т-13181. Тип. зак. 773
Цена 69 коп.
Издательство «Наука»
103717 ГСП. Москва, К-62, Подсосенский пер., д. 21
2-я типография издательства «Наука».
121099, Москва, Г-99, Шубинский пер., 10.
при создании книги использован текст с сайта
http://19v-euro-lit.niv.ru/
FB2 — mefysto, 2024