Перед Куирколем на стойке стояли три картонных коробки с мелкими деталями. Глядя в пустоту просторной комнаты, чу-ха неспешно вынимал из первой одну, подносил к седому морщинистому носу, внимательно ощупывал тонкими пальцами здоровой лапы, а затем протирал тряпицей и по лишь ему понятному принципу откладывал во вторую или третью.
Слева от входа, в самом углу, обнаружился стол, за которым коротала время троица помощников перекупщика. Они же, со всей очевидностью, являлись охранниками злачного заведения. Охранниками крепкими, зубастыми, одетыми вполне прилично и очень удобно для внезапной драки.
Перед мордоворотами стояла початая бутылка дешевой паймы, стаканы, невысокий кальян, несколько полупустых коробок с холодной лапшой и портативная консоль. Над столиком витал и полосками тумана расползался по всей лавке пряный дым слабенькой «карамели».
Двое охранников играли в моннго потертыми костяными дощечками. И даже на самый мимолетный взгляд награбастали себе в пулы такое количество фоловых фишек, что будут сидеть в обороне до нового пришествия Двоепервой Стаи.
Третий оказался босолапым натуралистом и пребывал в иллюзиумной отключке, спрятав морду под массивным обручем очков. Голова его сонно запрокинулась, нос подрагивал, из пасти на воротник плотной куртки почти дотянулась блестящая ниточка слюны.
Массивная створка за моей спиной закрылась с грозным металлическим щелчком.
Партия тут же прекратилась, игроки неспешно отложили фишки картинками вниз, а один из них локтем толкнул «очкарика». Тот, впрочем, не отреагировал, предпочитая оставаться в мире мицелиумных грез…
Полуслепой Куирколь не донес до морды очередную детальку, опустил лапы на стойку и мелко подергал носом. По крупным желтым резцам скользнул язык, усы встопорщились. Через мгновение кустистые брови над белесыми глазами сдвинулись к переносице.
Ух, как же много шуток можно было бы про него отвесить! Например: «эй, пунчи, ты не
Я довольно улыбнулся собственным мыслям. Интересно, во всем Юдайна-Сити кто-то кроме меня и Сапфир еще способен оценить искрометность столь тонкого юмора?
В следующий миг Куирколь заговорил, негромко, басовито, хрипло.
— А чем это вдруг пахнуло, ребятки? — спросил он в пустоту, при этом безошибочно поворачиваясь к двери.
И не успел я открыть рта, как в разговор включился один из его помощников — долговязый и длинномордый, по кончику носа которого при рождении словно хлопнули доской, отчего теперь тот был задорно задран вверх. Причем ответил охранник не хозяину, а сразу мне.
— Дверью ошибся, уродец, — процедил он из-за длинных обколотых резцов, и во взгляде его отплясывало неприкрытое презрение. — Давай-ка ты протянешь свою уродливую лапу, снова откроешь ее, а потом захлопнешь с другой стороны.
Мое сердце подскочило, отбарабанило частую дробь волнующего предвкушения, а губы растянулись в едкой усмешке.
— Господа, у нас свободный город, — вкрадчиво, но уверенно сказал я, делая аккуратный шаг вперед. — И смею вас заверить, дверью я не ошибся.
— Яри-яри! — с неожиданным оживлением протянул Куирколь, и даже навалился на стойку, будто хотел еще лучше разобрать мой неприятный запах. — Тот самый мутант, про которого судачит улица?
— Он самый, — коротко тявкнул второй игрок в моннго — скуластый, пятнистая морда которого выглядела так, как будто по ней щедро мазнули жирной сажей. — Какого *уя тебе тут нужно, болезный?
Не переставая улыбаться, я скосил на него глаза.
— Приятно, когда о тебе слышали, — подтвердил, не меняя обманчиво-вкрадчивого тона. — Но предлагаю сперва решить деловые вопросы. И уже затем, если господа изволят, потолковать о моей скромной персоне.
— Вийо?! — прощупывая незрячим взглядом комнату, саркастически пробасил Куирколь. — Деловые вопросы?
Намек не остался без понимания — Сажа тут же отодвинулся от игрового стола.
— Чот я сомневаюсь, манкс, чо у нас поводы для разговора найдутся, — почти не скрывая угрозы, отрезал он. — Если нужно чот толкнуть, ищи другую лавку. Сам найдешь, или помочь?
Я едва удержался от вздоха. Было бы наивной ошибкой думать, что в нашем «свободном» городе без приключений можно решить даже такой простейший вопрос, как выкуп сданного мешочникам…
Стараясь не выпускать головорезов из зоны внимания, я попробовал бегло осмотреть внутренние витрины. Взгляд скользнул по горам хлама за пыльными стеклами и решетками, старой пищевой утвари, неисправному оружию, украшениям, электронике, но так и не наткнулся на заветный зеленый камень.
— Разумное предположение, найду, — внимательно изучая всех троих охранников, признал я. Скулы уже начинало сводить от резиновой улыбки, все еще маскирующей мое лицо. — Но дело в том, что мне понадобилась именно эта лавка.